Образ Иуды здесь – иной: величественный, исполненный мрачной красоты. Тайная вечеря уже окончена. Иуда удаляется. От всей его темной фигуры веет холодом и непреклонной решимостью. Взгляните на его лицо: это не мелкий шпион и предатель, который продал Учителя за гроши, это не мелкий честолюбец.
Иуда – неумолимый фанатик. Он видит в Учителе соперника, идущего против его убеждений. И не из обиды или корысти он разрывает связь с апостолами, а из мщения. Он приносит Учителя в жертву своим убеждениям. Один Иисус понимает, что творится в душе Иуды, он скорбит, но готов испить свою чашу, не останавливает предателя. Пусть прольется кровь искупления. Она откроет глаза ученикам, которые разнесут по миру учение любви и спасения.
Первый ведущий :
Сын Человеческий идет, как писано о нем.
Каковы бы ни были мотивы предательства Иуды, оно свершилось. И за ним последовали арест и несправедливый приговор. Нелегок, но величествен был путь Иисуса Христа на Голгофу. «И шло за ним великое множество народа и женщин, которые плакали и рыдали о Нем. Иисус же, обратившись к ним, сказал: „Дщери Иерусалимские, не плачьте обо мне, но плачьте о себе и о детях ваших“. И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его».
Двенадцатый чтец
Хор ангелов великий час восславил,
И небеса расплавились в огне.
Отцу сказал: «Почто меня оставил!»
А матери: «О, не рыдай Мене!».
Тринадцатый чтец
Сегодня Вы, слегка усталый,
Свершили свой последний путь,
И капли крови ярко-алой
Ложились на больную грудь.
Закат багрово-запоздалый,
Казалось, не хотел уснуть,
И крики черни одичалой
Нам не давали отдохнуть.
Все было дико и мятежно:
И лики грешные убивших,
И плач толпы, и стражи спор.
А Вы молились слишком нежно
За Ваших братьев согрешивших
И за тоскующих сестер.
Второй ведущий :
В поэзии серебряного века Иисус предстает перед нами не Богом, но Человеком, испившим свою чашу страдания за других, отдавшим за них самое дорогое, что у него было, – свою жизнь… Он умер по воле беспечной равнодушной толпы, которая пока еще не понимает всего ужаса всего совершенного ею:
Четырнадцатый чтец
За то, что был он – персть,
в ладони правой – гвоздь.
В ладони левой – гвоздь
за то, что был он Богом.
Растерзаны ступни за то,
что по дорогам
Правителей прошел страны
нагорной гость.
Чуть светится гора.
Мрак проползает логом.
Распятый просит пить.
И с горькой губкой трость
Страж протянул к нему, —
со скуки, не во злость.
Доволен к хохоту
Дарованным предлогом.
Пора бы смене быть! Спит город.
Над купцом
Рассыпал сон мешки серебряного сплава,
Приникнул фарисей к плечу жены виском,
Центуриону войн кровавых снится слава,
И в спутанной толпе отпущенный Варрава
Ждет поздних путников с припрятанным клинком.
Первый ведущий :
Бог распят, а жизнь города идет своим чередом, и только в сердцах близких смерть Иисуса отзывается болью (А. Ахматова. Распятие):
Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел.
Второй ведущий :
Страдания матери Иисуса – это боль каждой матери, теряющей своего сына. Мать Христа. Женщина, принесшая в жертву человечеству родное дитя. Богородицей называет ее русский народ, Мадонной – европейские народы. Во все времена этот вечный сюжет – Богоматерь, Мадонна с младенцем – новорожденным Христом, – был особенно притягателен для художников.
