Литературный институт полностью

Ведь недаром россыпь сверкающих камешков, оставленных в моей душе собратьями по Литинституту, я вставил в рамку истории нашей странной связи.

И написал этот мемуар.

С какой целью?

Что я собирался поведать и кому?

Зачем я это сделал?

Происходило ли в реальности все описанное? Да, происходило.

Все ли было точно так, как я описал? Нет, не было.

Привнес ли я какие-то собственные штрихи? Да, привнес.

Соблюдал ли я хронологию событий? Нет, не соблюдал.

Выпустил ли я нечто ненужное? Да, выпустил.

И так можно продолжать до бесконечности.

Это естественно.

* * *

Литературное произведение должно иметь точный баланс реальности и вымысла, иначе оно перестанет быть литературным произведением.

Если в тексте нет реальной основы, а там лишь перепархивают с кочки на кочку сверкающие никелем омудонские крокодябры – то это не литература, а фэнтэзи.

Но если реальность не озарена малой искоркой вымысла, то и тоже не литература, а полицейский протокол.

* * *

Я взял из реальности то, что захотел.

Убрал ненужное, добавил то, что посчитал необходимым.

И описал все тоже именно так, как хотел.

В результате получились не нудные воспоминания и не отвлеченный рассказ, а именно произведение, в котором я восстановил время и воздал каждому по заслугам (включая самого себя!).

Вспомнил с теплом тех, кто был мне близок и дорог, без прикрас нарисовал людей недостойных.

И, надеюсь, вызвал у вас улыбку.

* * *

Наверное, затем, чтобы сказать хотя бы самому себе, что почти исчезнувший след помады на моем Литинститутском дипломе вполне могла оставить не какая-то невнятная свистушка– сокурсница, а именно она -

Девушка с печи № 7

1. «В кровь израненные именами,

Выпьем, братцы, теперь без прикрас

Мы за женщин, оставленных нами,

И за женщин, оставивших нас.»

(Юрий Визбор. «В то лето шли дожди»)

2. «Женщины занимают отдельную нишу

в моей творческой чувствительности.

В них много волшебства.»      

(Стивен Хэнкс.)

3. «…Я уже не в первый раз ловлю себя на том, что получаю удовольствие от чтения твоих рассказов и романов, потому что они написаны вот с такой глубиной, подробностями, цветными картинками и потрясающими сравнениями… Еще в них есть (иногда) такой веселый и проникновенный цинизм и, конечно, через все это ну просто золотой нитью сверкает твоя неистребимая и чудесная любовь к женщине.»

(Анна Данилова. Из частной переписки

с автором этой книги)

4. «…в те годы сам себе я казался порочным,

как артист Домогаров.»      

(Виктор Улин. «В то лето шли дожди…»)

Женщины в моей жизни

Как-то раз, сидя в коридоре одного не слишком веселого заведения, я слышал интересную телепередачу.

Телевизор я не смотрю с прошлого века, но там мне было некуда уйти.

Правда, меня сразу привлек голос героя – Александра Клюквина, актера Малого театра. Театр еще в Литинститутские времена был моим любимым; именно там я наслаждался кристально чистым, стопроцентно правильным русским языком, которого сейчас не услышишь уже нигде.

Потом я стал воспринимать смысл слов и понял, что «Главный голос России» – очень умный человек и говорит весьма дельные вещи.

Будучи, как и все служители искусства, не слишком счастливым в личном плане, он много внимания отдал теме женщин.

В отношениях, возникающих между полами, Клюквин определил два возможных лейтмотива: страсть и любовь.

* * *

Страсть, по словам артиста – это желание и жажда, она всегда черна и недобра.

Любовь светла, потому что в ней – нежность и доброта.

* * *

Замечательный артист несколькими выразил мысли о Любовях Земной и Небесной, что еще несколько веков назад молча сказал своей картиной Тициан.

* * *

Телепередача подошла к концу, началось какое-то шоу про здоровье – какого никогда не было, нет и не будет у нормальных людей – а я все думал над словами Клюквина.

И пытался понять, который из вариантов был главным для меня.

Потом понял, что с годами отношение к женщине меняется, как меняется и сам человек, имеющий способности внутреннего развития.

В молодости нами движет страсть, в зрелости берет верх любовь, а в старости…

В старости мысли о женщинах побуждают писать мемуары.