А писать для этой силы [критиков] не стоит, как не стоит давать нюхать цветы тому, у кого насморк. Бывают минуты, когда я положительно падаю духом. Для кого и для чего я пишу? Для публики? Но я ее не вижу и в нее верю меньше, чем в домового: она необразованна, дурно воспитана, а ее лучшие элементы недобросовестны и неискренни по отношению к нам. Нужен я этой публике или не нужен, понять я не могу… Писать для денег? Но денег у меня никогда нет, и к ним я от непривычки иметь их почти равнодушен. Для денег я работаю вяло. Писать для похвал? Но они меня только раздражают.
Элис Манро приписывает собственную уверенность в себе всего лишь низкой образованности тех, кто ее окружал:
Когда я пишу, я всегда полностью уверена в себе, хотя к этой уверенности примешивается подозрение в том, что она ни на чем не основана. Думаю, в каком-то смысле моя уверенность идет от глупости. Я столько времени провела вдали от литературного мира, что не понимала, что женщинам стать писателями не так просто, как мужчинам, то же относится и к представителям низших слоев общества. Если вы знаете, что умеете неплохо писать, и живете при этом в городке, где мало кто и читать-то умеет, то, конечно, вы думаете, что у вас редкий дар.
Даже когда писатель может надолго сохранять мотивацию, чтобы окончить работу, перед самым финалом все равно закрадываются сомнения, что находит отражение в этих словах Натаниэля Готорна:
Некоторые части книги действительно написаны хорошо; но моя книга не вызывает и не вызовет сочувствия в широких массах, а стало быть, никогда не обретет широкой популярности.
Он писал об «Алой букве».
Джойс Кэрол Оутс советовала:
Нужно быть стоиком и относиться ко всему с юмором.
Наконец, стоит держать в уме примеры Уильяма Фолкнера, считавшего себя поэтом-неудачником; Генри Джеймса, который вернулся к прозе после постоянных провалов в качестве драматурга; Ринга Ларднера, написавшего безупречную американскую прозу, отчаявшись стать автором популярных сентиментальных песенок; Андерсена, которому оставалось только совершенствовать свои сказки, так как он не добился успеха ни в чем ином: ни в поэзии, ни в драматургии, ни в жизни.
Это действительно проблема. Может быть, мы вовсе не являемся непризнанными гениями; может быть, мы действительно пишем плохо. Норман Мейлер отмечал:
Печальная истина в том, что будущему романисту нужно начать с нескольких книг, которые пройдут незамеченными или даже провалятся, прежде чем будет обретено чувство опасности. Если бы тем же чувством опасности обладали юные гонщики, никто бы не участвовал в автогонках.
НОРМАН МЕЙЛЕР (1923–2007)
Самые известные книги Мейлера — «Песнь палача», «Американская мечта» и «Нагие и мертвые». Он преклонялся перед президентом Джоном Кеннеди и оставил работы о политических организациях США с 1960 по 1996 год.
Таким образом, нужно преодолеть себя и продолжать писать, руководствуясь тем предположением, что рано или поздно либо это станет получаться у вас лучше, либо вы хотя бы сможете убедить в этом остальных. Юморист Роберт Бенчли говорил:
Мне понадобилось пятнадцать лет, чтобы понять, что у меня нет никакого таланта. Но сдаваться было уже поздно: я был слишком популярен.
Чтобы избавиться от сомнений, Хилари Мантел рекомендует:
