Были и другие помехи разного рода, но я безжалостен. У меня на воротах большая табличка, где на испанском сказано, что мистер Х. никого не принимает без предварительной записи, так что не приходите, и вы убережете себя от позора быть непринятыми. И если они все-таки приходят, я могу с полным правом всех прогнать.
Если нам не мешают другие, мы порой изыскиваем возможность сами себе помешать. Эми Тан говорит:
Редкий день проходит без того, чтобы я не полезла проверять электронную почту, чтобы меня не отвлекали другие. Чтобы я полностью сосредоточилась на своем воображении. Чтобы я вела повествование так, как оно должно идти, а не слушала другие голоса. Дело в дисциплине — надо уметь садиться за стол в девять утра и работать весь день…
Не берись за крупные дела, которые могут вас отвлечь. Не дай себя убедить другим. Не будь хорошей девочкой. Не будь хорошей девочкой и не пиши отзывов на книги. Не будь хорошей девочкой и не делай того, что заставляют тебя делать другие.
Джордж Пелеканос признается:
Я отучил себя от интернета. Это было сложно — как бросить курить или принимать наркотики. Как только это получается, ты понимаешь, сколько времени ты тратил зря. Дети, собаки, шум — все это никогда не было для меня проблемой. Я никогда не писал книги в тиши.
Иногда, как рассказывает Шелли Джексон, отвлекают даже собственные мысли:
Меня постоянно преследуют блестящие идеи, реализация которых кончилась бы переписыванием всей книги. Иногда я даю себя уговорить, но если бы я всегда следовала такому подходу, то не дописала бы ни одного рассказа. Поэтому я записываю эти идеи в качестве пометок для дальнейшего использования. И не использую.
Исаак Башевис-Зингер считал, что бороться с отвлекающими факторами, может быть, и не надо:
Некоторые писатели утверждают, что могут работать только на необитаемом острове. Они бы и на Луну полетели, чтобы их не трогали. А вот я думаю, что помехи — это часть человеческой жизни, и иногда полезно, чтобы тебя прервали, потому что ты отдыхаешь от своей работы, занимаясь чем-то еще, и в это время меняется перспектива или расширяется горизонт. О себе я не могу сказать, что никогда не писал в полном покое, как это, по их словам, требуется другим писателям. Но каждый раз, когда у меня было что сказать, я это говорил, и ничто мне не мешало.
ИСААК БАШЕВИС-ЗИНГЕР (1902–1991)
Среди книг Зингера — «Враги. История любви», «Голем», «Хелмские глупцы». Он всегда сначала писал на идише, а потом книги переводились на английский. В его семье многие мужчины были раввинами, сам он тоже учился на раввина, пока не понял, что этот путь ему не подходит.
Часто на пути писателя встают семейные дела. Многие писатели-мужчины решили эту проблему тем, что были ужасными мужьями и отцами.
Женщинам-писателям сложнее, порой приходится платить определенную цену за то, чтобы выкроить время на литературную работу. Элис Манро говорит:
