Туман из жалости прикрывал неприглядные строения прошлых лет: почту с вычурной черепичной крышей, красные кирпичные вышки неуклюжих старых жилищ, фабрики со скважинами задымленных окон, деревянные дома грязного цвета. В городе полно было таких уродов, но стройные башни вытесняли их из центра, а на дальних холмах сверкали новые дома, где, казалось, обитают радость и покой.
Как часто бывает и в кино, с общего плана Льюис переходит на средний:
Через бетонный мост промчался лимузин — длинный, блестящий, с бесшумным мотором. Его владельцы, веселые, разодетые, возвращались с ночной репетиции «Интимного театра», где любовь к искусству подогревалась немалой толикой шампанского.
Затем следуют крупные планы, где уже больше деталей:
В одном из небоскребов приняли последние телеграммы агентства Ассошиэйтед Пресс. Телеграфисты устало сдвинули со лба целлулоидные козырьки — всю ночь шел разговор с Парижем и Пекином. По зданию расползлись сонные уборщицы, шлепая старыми туфлями.
Обрисовав место, Льюис переходит к повествованию о жизни своего главного героя, Джорджа Бэббита, попутно поясняя, когда происходит действие:
Звали его Джордж Ф. Бэббит. В апреле этого, тысяча девятьсот двадцатого года ему было уже сорок шесть лет.
В классической литературе нередко книги начинаются с длинного описания города или сельской местности, где разворачивается история, а затем автор дает долгую историю главного героя, порой уходящую на несколько поколений вглубь… А сюжет меж тем еще и не начинается. У современных читателей обычно ни на что подобное просто не хватает терпения; поэтому приходится сочетать описание места действия с описанием персонажей.
Габриэль Гарсиа Маркес добивается этого в начале романа «Любовь во время холеры». Заметьте, как подробности в описании места действия помогают вам обрисовать его себе и при этом многое говорят о персонаже, которого доктор Хувеналь Урбино обнаруживает мертвым:
