Насколько удобно вам работать спонтанно? Если вы не привыкли к неожиданностям в жизни, то и в творчестве они, возможно, тоже не придутся вам по вкусу.
Попробуйте писать без плана. Если вскоре столкнетесь с потерей вдохновения или повествование зайдет в тупик — это признак того, что вы, возможно, относитесь к приверженцам планирования.
Когда вы пишете, останавливайтесь иногда, чтобы занести в блокнот некоторые мысли по поводу того, что, с вашей точки зрения, должно случиться дальше. Обратите внимание на то, как далеко по сюжету заходят эти мысли.
Если вы решили детально распланировать книгу, но оказалось, что в ходе работы потеряли к ней интерес, смело рвите этот план, и пусть вами руководят герои книги и ваша собственная интуиция.
Возможно, на вопрос о том, что появляется первым — персонажи или сюжет, — так и не будет дано ответа. Впрочем, тут и спорить бессмысленно, потому что для сюжета нужны персонажи (конечно, они могут и не быть людьми), а когда персонажи начинают взаимодействовать друг с другом, появляется по крайней мере возможность сюжета.
Эдвард Форстер сразу же берет быка за рога:
Дадим определение сюжету. Как мы уже сказали, фабула — это последовательность событий, происходящих друг за другом. Сюжет — это тоже последовательность событий, но упор делается на их причинные связи. «Король умер, потом умерла королева» — это фабула. «Король умер, потом королева умерла от горя» — это сюжет.
Очевидно, разумеется, что герои и сюжет должны сочетаться друг с другом. Если ваши персонажи будут действовать логичным для себя образом, это облегчит работу над сюжетом. Но если потребности сюжета перевесят правила реалистичности персонажа, это может завести вас не туда. Бен Нюберг утверждает:
Совершенно нечестно так планировать сюжет, что приключения, в которые попадают персонажи, превышают их возможности или желания добиться того, что от них требуется. Герою приходится делать то, чего он сделать явно не может (иногда это вообще никому не под силу), или то, чего никто не согласится делать в здравом уме.
В некоторых видах жанровой литературы, впрочем, это приемлемо: например, в романе-ужастике молодая чувствительная девушка непременно заходит в тесную комнату, откуда доносятся странные звуки. Обычно, впрочем, это подрывает доверие к реалистичности персонажа и сюжета.
Как мы уже говорили в разделе о героях, в романах и фильмах часто имеет место эволюция героя — с ним происходят какие-то изменения. В большинстве голливудских фильмов герой меняется от худшего (эгоцентризм, бесчувственность, жадность) к лучшему (забота о других, способность любить, щедрость). Это верно и для некоторых романов. В частности, книга Синклера Льюиса «Додсворт» повествует о менеджере автомобильной компании Джордже Додсворте, который в начале кажется типичным американским представителем среднего класса 1920-х годов, приверженцем прогресса, но в конце приходит к пониманию европейской истории и культуры. Эти перемены происходят параллельно с распадом его брака.
Порой перемены в герое идут в обратном направлении — например, у Макбета или Майкла Корлеоне в кинотрилогии «Крестный отец». Если эволюция хорошо мотивирована, она кажется естественной. Однако существуют три основные проблемы, из-за которых развитие образа иногда выглядит неуклюже.
