Литерный А. Спектакль в императорском поезде полностью

Полковников. Офицеры поголовно на нашей стороне, но не хотят защищать Керенского. Господин Савинков прав. Алексеев обещал обеспечить связь с Калединым и помощь Дона. Прошу прощения, я должен руководить войсками. (Растворяется в осеннем сумраке за окном.)

Савинков. События разворачиваются стремительно и увлекают нас. Блистательные перспективы. Спасение России, конечно. Втроём мы сила. Триумвират спас Рим. Триумвират: Краснов, Савинков, Полковников — спасёт Россию. Решайтесь!

Краснов. Сумасшедший.

Савинков. Простите, не расслышал.

Краснов. Мне нужно подумать. Меня ждёт Керенский.

Савинков. Что думать! Действовать! Спасение России! Вы не можете отказаться.

Краснов. Если я не явлюсь сейчас к министру — председателю, он заподозрит неладное. Я должен ехать с ним.

Савинков. В каком направлении?

Краснов. Думаю овладеть Гатчиной и использовать её в качестве операционной базы для наступления на Петроград.

Савинков. Еду вслед за вами.

Адъютант (появляется в дверях). Господин генерал-майор! Господин Верховный главнокомандующий ожидает вас в автомобиле.

Краснов. Сию минуту буду.

Савинков. Вы не можете отказаться. Понимаете вы меня? (Исчезает.)

Краснов. Как не понять! Опасный сумасшедший: он до сих пор думает, что вся Россия — материал для его террористических опытов. Полковников добудет ему власть в Петрограде, я в армии, а он станет во главе России, чтобы бросить её как бомбу в мировую смуту. И Полковников — возомнил себя Бонапартом на улицах Петрограда! Вчерашний войсковой старшина, генеральский сынок. Все сошли с ума. И Керенский тоже. И я с ними отправляюсь, чтобы спятить. (Решительно напяливает фуражку, уходит.)

Вагон гаснет. Впереди вспыхивает красный луч-прожектор, в пятно света вступают солдат в фуражке, солдат в папахе, матрос, Катька и щупловатый человек в пиджаке, со всклокоченной шевелюрой, крючковатым носом и сатанинской бородкой — Троцкий. Нестройно маршируют, временами пританцовывая, и поют.

Троцкий (взмахивая обеими руками, как будто дирижирует симфоническим оркестром). Власть завоёвана, по крайней мере, в Петрограде! Ленин ещё не успел переменить свой воротник! Обыватель протирает испуганные глаза под новым режимом! Решающий успех немыслим для нас вне европейской революции! Перманентная революция против перманентной бойни! Такова борьба, в которой ставкой является судьба человечества! (Исчезает.)

Матрос (танцуя). Ура товарищу Троцкому! Ура товарищу Ленину!

Солдат в папахе (танцуя). Министров приколоть штыком — и в Неву!

Солдат в фуражке (танцуя).

Матрос (танцуя).

Да здравствует социальная революция!

Катька (танцуя).

Красный луч уходит вместе с танцующими. Слева образуется столик, на нём телефон, рядом Полковников и адъютант.

Полковников. К Петрограду движется третий кавкорпус. Двадцать, ну хотя бы десять тысяч штыков и сабель. Артиллерия. Они сметут большевиков. Нам надо продержаться до вечера, в крайнем случае — до утра. Что Константиновское училище?

Адъютант. Ответа пока нет.

Полковников. Тянут. Рота юнкеров с броневиком отправлена, чтобы взять Троицкий мост и обеспечить путь владимирцам. Павлоны разоружены красными. Что Владимирское училище?

Адъютант. Владимирское готово выступить: телефонограмма час назад.

Полковников. Оружие у них есть?

Адъютант. Винтовок и патронов достаточно, есть с десяток пулемётов.

Полковников. Нет артиллерии, вот что плохо. Если бы как Бонапарт: из пушек по мятежным толпам… Главное сейчас — телефонная станция. Связывались ли с Алексеевым? Нужна помощь его офицеров.

Адъютант. Генерал Алексеев скрывается. На квартире его нет, телефон не отвечает. (Звонит телефон.) У аппарата адъютант Полковникова. Слушаю. Так точно. Доложу. (Кладёт трубку.) Господин полковник, наши заняли телефонную станцию.

Полковников. Дело идёт успешно. Но нужен Алексеев. Надеюсь, сам явится.