По приказу революционера-анархиста Сергея Геннадьевича Нечаева (1847-1882) убили в ноябре 1869 года студента, который вступил в революционную организацию, а затем захотел выйти из нее
Любовь к террору – и болезнь, и муки.
Мечтал он строить жизнь по справедливости,
Но кровью так запачкал свои руки,
Что стал злодеем и героем гнилости.
Революционеры-народовольцы, организаторы убийства императора Александра II Андрей Желябов и Софья Перовская (1853-1881) казнены 3 апреля 1881 года
Любовь убийц продлилась ровно год,
А умерли в один и тот же день:
Срубил их шеи царский эшафот...
Но бродит всюду дерзкая их тень.
По завещанию мужа Абрама Абрамовича Варвара Алексеевна Морозова (1848-917), если согласна наследовать его имущество, – не должна вторично выходить замуж…
Но жить без мужчин – то последнее дело.
Опять же: богатство терять не хотела.
В раздумьях страдала, и выход нашла,
Любовников двух завела.
И вскоре малюток двоих родила.
Баронесса Надежда Ивановна Нарышкина (Кнорринг, 1827-1895) и ее второй муж писатель
Александр Дюма-сын (1824-1895)
Поклонницы, театры, вечера
Ему для творчства служили стимулом.
Жена ж от ревности приобрела
Душевную болезнь неизлечимую.
Брак между великим князем гомосексуалистом Сергеем Александровичем Романовым и принцессой Гессен-Дармштадской Елизаветой (1864-1918) был духовным, они жили, как брат и сестра. Но другой Романов – великий князь Константин Константинович писал ей стихи (дословно):
– Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно:
Ты так невыразимо хороша!
О, верно под такой наружностью прекрасной
Такая же прекрасная душа.
Чтоб освободить молодую революционерку Соню Чемоданову от властной опеки отца, народник Сергей Силович Синегуб (1851-1907) вступил с ней в фиктивный брак, а потом...
«Жена» одна лежала на кровати,
А «муж» давил бока на сундуке.
Когда же ей приснился лось крылатый,
Позвала Сержа... полежать к себе.
Для двадцатичетырехлетнего писателя Ивана Алексеевича Бунина (1870-1953) потрясением стал уход от него любимой девушки – Варвары Пащенко (1870-1918) (дословно):
– Мне крикнуть хотелось во след:
«Вернись! Я сроднился с тобой!»
Но для женщины прошлого нет:
Разлюбила – и стал ей чужой.
Что ж! Камин затоплю, буду пить...
Хорошо бы собаку купить.
Художника Исаака Ильича Левитана (1860-1900) семь лет удерживала возле себя на тринадцать лет старшая художница Софья Петровна Кувшинникова (1847-1907), она же первой его высоко оценила:
– Еврей! – он лучший пейзажист России,
О, как его глаза любви просили!
И пусть он предал, пусть ушел к другой –
Его пейзаж душе моей... родной.
Безмерность страданий испытал композитор Модест Петрович Мусоргский (1830-1881), узнав о смерти горячо любимой женщины (осталась неизвестной):
– Я имя ее ни за что не открою.
Мы тайно встречались осенней порою,
Она подарила мне лунные ночи...
Святое не дам никому опорочить.
Дочь состоятельного буржуа Веру Елевфериевну Кетчерджи осаждают женихи со всех сторон, но она пятнадцать лет остается верна своей детской любви – художнику Архипу Ивановичу Куинджи (1842-1910)
Богатую невесту звали в жены
Князья, купцы и знатные масоны.
Ей предлагали в Вене жить, в Париже...
Она ж избрала... бедняка Куинджи.
Жена художника Ильи Ефимовича Репина (1844-1930) Вера Алексеевна Шевцова (1855-1918)
