Вообще удивительно и невероятно, как он выжил в то время, это в некотором смысле мудрость героя. Важно отметить: с одной стороны, Германия тоталитарное государство, действуют какие-то механизмы террора, а с другой стороны, параллельно с этим развиваются совершенно нормальные правовые механизмы. Аденауэр начал просто, по сути, с правовой точки зрения блокировать многое из того, что делал Гитлер. Он не допускал роспуска Ландтага Пруссии, он начинает судиться с газетами, с мэрией Кельна. В нацистской Германии! По крайней мере, он выигрывает некоторые суды. Параллельно идет суд, что он расхититель, а он в то же самое время вчиняет встречный иск к мэрии, чтобы ему выплатили пенсию хотя бы и вернули незаконно изъятый дом.
В период между 1933 и 1937 годами ему приходится скрываться. Пока он глава Государственного совета Пруссии, он еще какое-то время находится в Берлине. Потом его со всех постов убирают, у него нет денег.
Был один интересный момент, когда активную финансовую поддержку ему безвозмездно оказывал один американский коммерсант, Хайлеман, с которым они до этого не были близко знакомы.
Для нацистов, которые теперь стояли у власти, изначально было понятно, что Аденауэр – враг. Постепенно партия Центра частично слилась с нацистской партией. Часть видных лидеров партии Центра были тоже репрессированы.
Например, в период, когда была Ночь длинных ножей, было арестовано большое количество людей, и Аденауэр был в числе них. Очень много людей, в том числе коммунистов, и лидеров партии Центра, и других видных политических деятелей, было просто расстреляно. Аденауэра забрали из его дома, и тут же домочадцы услышали выстрелы и подумали, что его убили. А убили одного из бывших канцлеров Германии, который проживал в соседнем доме.
Аденауэра забрали из его дома, и тут же домочадцы услышали выстрелы и подумали, что его убили.
Пример как раз того соседства нормальной бюрократии и нормального суда с абсолютно экстраординарными действиями штурмовых отрядов и СС. Но его выпустили. Он один период жил в монастыре, скрывался порядка года. Но при этом всем было известно, где он живет, газеты писали о том, что монастырь укрывает Аденауэра.
Бывший бургомистр переезжал с места на место, и в 1935 году ему разрешили поселиться в Рендорфе. Он там себе построил дом и остался жить до конца своих дней.
Весь нацистский режим Аденауэр вообще нигде не работал, но с 1937 года он наконец-то приходит к соглашению с мэрией Кельна, они ему выплачивают компенсацию за изъятые у него дома, устанавливают ему достаточно высокую пенсию, и уже на эти деньги он фактически живет себе более-менее спокойно до 1944 года.
Есть еще очень важный эпизод в истории. 1 сентября 1939 года бывший политический деятель находился в списках на арест, потому что в момент начала войны происходят опять-таки аресты. Он, зная об этом заранее, выезжает в Швейцарию под предлогом отдохнуть и таким образом мудро избегает ареста, а когда возвращается – опять ничего не происходит.
Аденауэр был в списках на арест три раза: в Ночь длинных ножей, 1 сентября 1939 года и после покушения на Гитлера в 1944 году.
Присяга Аденауэра при вступлении в должность первого канцлера ФРГ в 1949 году.
Аденауэр все же оставался значимой фигурой для большого числа немцев. По сути, у всех остальных политиков было только три пути – они были либо интегрированы в систему, либо уничтожены, или находились в лагерях, либо эмигрировали. Нет аналогов в мировой истории, чтобы человек так просто переждал будущее, при этом он не скрывал своего критического отношения ни к Гитлеру, ни к режиму. Он не выступал публично, но из частных бесед, из писем видно, как он все это оценивает. Он был под постоянным надзором, наверняка переписку читали. Но его как-то не арестовывали до 1944 года.
20 июля 1944 года после покушения на Гитлера Аденауэра арестовывают. Он, конечно, не был причастен к покушению и даже не знал о нем. Но там без разбора всех забирали, и в его графе значилось, что возвращение нежелательно. Но ему так повезло, что его отправили в лагерь в Кельне, где он был бургомистром, где все его знали.
Местные начали всячески помогать ему спастись. Причем даже коммунисты, которые до этого с ним боролись, хорошо ему помогли, сделали липовый диагноз, якобы у него больное сердце (он уже был в возрасте 68 лет). Его должны были отправить куда-то в лагерь смерти, но под предлогом какого-то медицинского освидетельствования вывезли в госпиталь, долгое время там держали – отписывались. Наступил момент, когда отписываться уже было невозможно, и он бежал.
