Возвращаясь к началу его нацистской карьеры, следует сказать, что пришел он не к Гитлеру, а в социалистическую партию, которая обещала быстрый реванш. Геббельс вначале был на стороне Штрассера, ему не нравился Гитлер, он считал, что Гитлер вредит партии. В 1925 году во время съезда он требовал исключить из рядов партии мелкого буржуа Адольфа Гитлера. Причем перекричал всю аудиторию, тогда практически все проголосовали за исключение Гитлера. Но тут нашелся другой крикун, который перекричал и Геббельса – это Лей. С тех пор два очень близких человека были при Гитлере: Геббельс и Лей. К каждому он относился по-разному, и каждый был с ним до самого конца.
Геббельс выступает на митинге
После выступления на съезде, как вспоминал сам Геббельс, Гитлер увел его в какую-то комнату, они там поговорили очень душевно. Сразу после этого Геббельс получил пост – гауляйтер Берлина. А главное – ему дали серию выступлений. Сначала Гитлер хотел отправить непокорного Геббельса на юг, организовать ему там серию выступлений, но Лей на это не соглашался.
Гитлер сам ездил на юг с выступлениями и хорошо зарабатывал, так они пополняли казну, билеты продавали по 300–500 марок. Лей, который был в то время рейхсляйтером Рейна, отговорил Гитлера посылать туда Геббельса, поскольку и так было все схвачено, там были прикормленные богатые дамы, которые организовывали аудиторию. И Геббельса послали в другую землю, где он также выступал блестяще.
Потом Геббельс возглавлял пропагандистский аппарат предвыборных кампаний, в какой-то степени был политтехнологом НСДАП. Руководил в основном Гесс. Он организовывал вместе с Герингом подпитку финансовую этих кампаний.
Геббельса так увлекла эта сфера пропаганды и средств массовой информации, что он занялся теорией СМИ, теорией медиа. В историю вошла «геббельсовская пропаганда». Это была пропаганда нового уровня. Такого цинизма все-таки тогда не знало мировое сообщество – ни Европа, ни Америка, никто.
Геббельс все-таки пропагандист XXI века, как будто он что-то подглядел в будущем. Пример. Раньше была книга. Человек читал книгу и задействовал только восприятие и зрение. Видел, слышал, читал буквы, потом писал. Появляется радио. Человек начинает задействовать слух, это очень важно, потому что все слышат одно и то же. Появляется телевидение – задействуется картинка – слышим, видим одно и то же. А для пропаганды это же самое важное, чтобы все видели и слышали одно и то же. Но этого мало, Геббельс идет дальше. У человека есть еще чувства, эмоции – на что он и покушается. То есть не только картинка, не только слух – еще и чувства должны быть все задействованы. Человек покушается на эмоциональную сферу – что сейчас и делают современные пропагандисты. Геббельс это предвидел.
Страна шла к войне. Нужно было как-то примитивизировать, упростить эмоциональный мир, подготовить к войне немецкий рабочий класс. И вот Геббельс замахивается на массовые кампании, когда нужно всех выстроить и заставить чувствовать одно и то же.
В 1939–1940 годах, когда Гитлер был на пике славы и сплошь были одни победы, Геббельс был сильно задвинут в сторону. Но он тогда не паниковал, он написал в дневнике: «Ничего, сейчас идет полоса побед, а вот когда наступит полоса поражений, фюрер еще меня позовет». Он отдавал себе отчет, что полоса поражений наступит. И когда в декабре 1941 года под Москвой разбили немцев, Геббельса призвали объяснять народу, что произошло.
Но особенно он развернулся после Сталинграда. Когда никто не мог найти слов, чтобы объяснить, что же происходит, он их нашел. Причем нашел такие слова, что нация, можно сказать, была ошарашена степенью вранья. Действительно, чем более наглая ложь, тем быстрее люди на нее ведутся. Когда поражения следовали одно за другим, ему удавалось находить пропагандистские ходы до самого последнего дня – как объяснить, как воодушевить, как мобилизовать. В этом он был мастер. Это, видимо, тоже его ноу-хау, которое сейчас используется пропагандой в первую очередь – переключить внимание с проблемы на какую-то надуманную, второстепенную.
Но этого мало, Геббельс идет дальше. У человека есть еще чувства, эмоции – на что он и покушается. То есть не только картинка, не только слух – еще и чувства должны быть все задействованы. Человек покушается на эмоциональную сферу – что сейчас и делают современные пропагандисты. Геббельс это предвидел.
Гитлер сделал очень разумную вещь, сделав Геббельса фюрером пропаганды. Замкнул на одного человека всю пропагандистскую структуру.
