— Это — моя профессия.
— С точки зрения психиатрии, да. Но как вы можете дать физическое описание человека, которого никогда не видели?
— Опираясь на науку. Некий доктор Кречмер обнаружил, что восемьдесят пять процентов людей, страдающих паранойей, имеют атлетическое телосложение и красивы. Наш приятель — явный параноик. Полон иллюзий по поводу своей неординарности. Мания величия ставит его выше законов.
— Чего же его давным-давно не упекли в сумасшедший дом?
— Так он же носит маску.
— Что-что?
— Мы все носим маски, Анжели. С младенчества нас учат скрывать свои чувства, не показывать ненависть или страх, — авторитетным тоном объяснял Джад. — Но в стрессовой ситуации Дон Винтон сбросит маску и покажет свое истинное лицо.
— Понятно.
— Его уязвимое место — эгоцентризм. Если его «я» будет что-либо угрожать, реально угрожать, он сломается. Он ходит по острию ножа. Много усилий не потребуется, чтобы спровоцировать его.
Помолчав, Джад продолжал, как бы говоря сам с собой.
— Он обладает «мана».
— Это еще что такое?
— «Мана» — слово полинезийского происхождения, идущее из глубины веков. Первобытные так называли человека, одержимого злым духом и пагубно влияющего на других людей. Человека, наделенного экстрафизической силой, которая подавляет всех вокруг.
— А откуда вы взяли, будто он не рисует, не пишет, не играет на фортепиано?
— Мир полон людей артистического склада — шизоидов. В большинстве своем они не проявляют жестокости только потому, что у них есть выход для этого чувства: они самовыражаются в творчестве. А у нашего друга такого выхода нет. Поэтому он походит на вулкан. Он может освободиться от внутреннего давления, только дав ему выход вовне. И вот результат: Хэнсон, Кэрол, Моуди.
— Вы считаете эти убийства бессмысленными…
— Для него вовсе нет. Наоборот…
Джад напряженно думал. Части головоломки вставали на свои места. Сейчас он проклинал себя за то, что был слеп или просто напуган и не смог разгадать всего раньше.
— Дон Винтон охотился за мной — главной его целью. Джона Хэнсона убили потому, что приняли за меня. Поняв, что ошибся, убийца явился в кабинет, чтобы попытаться еще раз. Я к тому времени уже ушел, но там была Кэрол. — В голосе Джада звучала злость.
— И он убил ее, чтобы не быть опознанным?
— Нет. Тот, кого мы ищем, не садист. Кэрол подвергали пыткам, потому что хотели что-то выведать. Ну, скажем, какие-то порочащие сведения. А она то ли не хотела, то ли не могла ответить на вопросы.
— А что за сведения? — поинтересовался Анжели.
— Понятия не имею, — сказал Джад. — Но здесь ключ ко всей истории. Моуди докопался до истины, и поэтому его убили.
— В вашей схеме есть одна неясность. Если бы вас задавили на улице, как бы они получили нужные данные? Что-то тут не сходится, — упрямо сказал Анжели.
— Почему же? Давайте представим, что улики на одной из моих пленок. Сами по себе они ничего не значат, но если бы я сопоставил их с другими фактами, вероятно, возникла бы угроза. Поэтому у них была альтернатива — либо забрать эти данные из кабинета, либо уничтожить меня, чтобы я их никому не передал. Сначала они попытались убрать меня. Но ошиблись и убили Хэнсона. Потом попытались забрать данные у Кэрол. Когда и это не удалось, подстерегли меня на улице. Похоже, за ней следили, когда я поехал знакомиться с Моуди, а потом и за ним начали следить. Моуди разобрался, в чем дело, и с ним покончили.
Анжели, нахмурившись, задумчиво смотрел на Джада.
— Вот почему убийца не успокоится, пока я жив, — спокойно заключил Джад. — Идет жестокая игра, и человек, которого я описал, не собирается проигрывать.
Анжели молчал, взвешивая сказанное доктором.
— Если вы правы, — наконец решился он, — вам нужна защита. — Вынул пистолет и удостоверился, что он заряжен.
— Спасибо, Анжели. Обойдусь без оружия — буду бороться собственными средствами.
Послышался резкий щелчок — кто-то открыл дверь из коридора в приемную.
— Вы кого-нибудь ждете?
— Нет. Сегодня пациентов не будет.
Все еще держа пистолет в руке, Анжели тихо подошел к двери кабинета. Отступил в сторону, рывком открыл ее. На пороге стоял обескураженный Питер Хэдли.
— Кто вы такой? — напустился Анжели.
Джад подошел к двери.
— Все в порядке, — поспешно сказал он. — Это мой друг.
— Эй! Что все это значит? — спросил Питер.
— Извините, — произнес Анжели и убрал пистолет.
— Доктор Питер Хэдли — детектив Анжели, — представил их друг другу Джад.
— Что у вас здесь за дурдом? — улыбнулся Питер.
— Небольшая неприятность, — объяснил Анжели. — В кабинет доктора Стивенса… забрались. И мы подумали, что тот, кто это сделал, может вернуться.
Джад понял намек:
— Да. Они ничего не нашли.
— Это как-то связано с убийством Кэрол? — спросил Питер.
Прежде чем Джад открыл рот, заговорил Анжели:
— У нас нет полной уверенности, доктор Хэдли. Полиция просила доктора Стивенса не обсуждать пока это дело.
— Понятно, — поджал губы Питер. Затем посмотрел на друга. — Наш ленч не отменяется?
А ведь Джад совершенно забыл о предварительной договоренности.
— Конечно, нет, — быстро отозвался он и повернулся к Анжели: — Полагаю, мы все обсудили?
