Сообщение о наезде на пешехода поступило дежурному в начале одиннадцатого, и тот соединил больницу с Бюро детективов. Ночь для Девятнадцатого выдалась тяжелой. Из-за погоды резко возросло число ограблений и изнасилований. Улицы превратились в ледяную пустыню, где хулиганы вершили свой суд над одинокими путниками, с трудом пробиравшимися по их владениям. В Бюро находились только Френк Анджели и сержант, допрашивающий подозреваемого в поджоге. Остальные отправились по срочным вызовам. Когда зазвонил телефон, трубку снял Анджели. Медицинская сестра сказала, что пострадавший спрашивает лейтенанта Макгрейви. Она продиктовала Анджели имя пострадавшего, и детектив пообещал, что приедет немедленно.
Он уже положил трубку на рычаг, когда открылась дверь и вошел Макгрейви, который был в архиве.
— Надо ехать, — сказал Анджели, кратко доложив лейтенанту содержание разговора с дежурной сестрой.
— Он подождет, — буркнул Макгрейви. — Сначала я должен поговорить с капитаном участка, на территории которого произошло происшествие.
Наблюдая за тем, как лейтенант набирает номер, Анджели подумал, догадывается ли тот, что сегодня утром он ходил к капитану Бертелли. Разговор получился очень кратким.
— Лейтенант Макгрейви — хороший полицейский, — начал Анджели, — но мне кажется, что он находился под впечатлением событий пятилетней давности.
Капитан холодно взглянул на него.
— Вы обвиняете лейтенанта в том, что он хочет отомстить доктору Стивенсу?
— Я его ни в чем не обвиняю. Я только хотел, чтобы вы знали об этом.
— О’кей, я об этом знаю. — И все.
Макгрейви говорил по телефону три минуты, в течение которых Анджели нетерпеливо ходил по комнате. Еще через десять минут они сидели в патрульной машине, направлявшейся к больнице.
Доктора Стивенса поместили на шестом этаже, в небольшой палате в конце длинного коридора, насквозь пропахшего чуть сладковатым, присущим любой больнице запахом. Дежурная сестра отвела детективов к Джаду.
— В каком он состоянии, сестра? — спросил Макгрейви.
— Вам все расскажет лечащий врач, — резко ответила она. — Просто чудо, что он остался жив. У него повреждена грудная клетка, сломана левая рука и наверняка сотрясение мозга.
— Он в сознании? — спросил Анджели.
— Да. Каких трудов нам стоило удержать его в постели. — Она повернулась к Макгрейви. — Он все время говорит, что хочет вас видеть.
Они вошли в шестиместную палату. Сестра показала на угол, отгороженный ширмой. Джад полулежал на подушках, бледный, с широкой повязкой на голове и гипсом на левой руке.
— Я слышал, с вами произошел несчастный случай? — заметил Макгрейви.
— Это не случай, — ответил Джад слабым и слегка дрожащим голосом. — Кто-то пытался меня убить.
— Кто? — поинтересовался Анджели.
— Я не знаю, но все сходится. — Он посмотрел на Макгрейви. — Джон Хансен и Кэрол Робертс — случайные жертвы. Убийцы охотились за мной.
— С чего вы это взяли? — удивленно спросил лейтенант.
— Хансена убили, потому что он надел мою желтую куртку. Должно быть, они видели, что я пришел в ней на работу. Хансена приняли за меня.
— Это возможно, — заметил Анджели.
— Конечно, — согласился Макгрейви и, повернувшись к Джаду, добавил: — А когда они поняли, что убили не того, пришли к вам в кабинет, сорвали с вас одежду и, обнаружив, что вы — негритянка, озверели от злости и забили вас до смерти?
— Кэрол убили, потому что нашли ее там, где надеялись найти меня.
Макгрейви полез во внутренний карман и достал несколько листков бумаги.
— Перед тем как ехать сюда, я поговорил с капитаном участка, на территории которого произошел инцидент.
— Это не инцидент.
— Согласно полицейскому донесению, вы шли по проезжей части.
— По проезжей части? — переспросил Джад слабым голосом.
— Переходили дорогу в неположенном месте, доктор.
— Но ведь не было ни одной машины, поэтому я…
— Одна машина была, — поправил его Макгрейви, — но вы ее не заметили. А так как шел снег, то из-за отвратительной видимости водитель не заметил вас. Когда вы неожиданно возникли перед ним, он нажал на тормоза, на скользкой дороге автомобиль занесло, и он вас задел. Водитель испугался и удрал.
— Все произошло совсем не так, и он ехал с потушенными огнями.
— Вы считаете это доказательством того, что он убил Хансена и Кэрол Робертс?
— Кто-то пытался меня убить, — продолжал упорствовать Джад.
— Ничего не получится, доктор, — покачал головой Макгрейви.
— Что не получится?
— Неужели вы действительно думаете, что я начну разыскивать какого-то мифического убийцу, а вы в это время уйдете в тень? — Его тон изменился. — Вы знали, что ваша секретарша беременна?
Джад закрыл глаза и откинулся на подушку. Вот, значит, о чем Кэрол хотела с ним поговорить. Он догадывался. И теперь Макгрейви думает…
— Нет, — ответил он, устало посмотрев на детектива. — Я не знал.
У Джада вновь разболелась голова. Все тело ныло. Ему с трудом удалось подавить подкатившую к горлу тошноту. Он уже хотел позвонить дежурной сестре, но решил, что не доставит Макгрейви такого удовольствия.
