Да, он был уже тут. Да, он пылал, он был вне себя. Он жаждал справедливого возмездия. Ибо холёное личико сейчас напоминало жареную поросячью ляжку. Ещё бы! Так всегда бывает, если тебя искусал целый осиный рой. А вся его защита накрылась медным тазом. Потому что для защиты от яда надо было ещё додуматься. Чаще всего от чего берегутся? Огонь, вода, ну или электричество. Яд же почти не используют, ос - тоже. А зря.
- Синий! - я наслаждался зрелищем.
- Красный, - выдавил из себя потерявший блеск Картрайт. Ещё бы! С такой рожей не то, что поединок продолжить, просто на людях страшно показываться. А ещё эти отливающие морской зеленью волосы. Воистину, красавчик! Тактика себя оправдала, пусть лечится.
Минус шесть на минус два. Если не выйди из отрицательных значений, то победителя опять не будет. Я посмотрел статистику по другим поединкам. Да, всё то же самое: куча красных и немного зелёных камней. Синие, кроме нас, пока не брал никто.
Насколько я знал, эта игра существовала едва ли не со дня основания школы. Ходили слухи, что наш ректор был первым победителем, набрав что-то около тридцати баллов. Наш Дик Фэрби тоже выиграл, но всего с двумя положительными баллами в активе. Даже не представляю, как можно набрать тридцать баллов... После сегодняшнего Картрайт, наверняка, церемонится не станет, плюнув на победу. Впрочем, я лично рисковать не боюсь и отступать тоже не собираюсь.
Утром мы с Красавчиком Вилли появились у шаров одновременно. Он щеголял новой сорочкой, вновь ставшей платиновой шевелюрой и каким-то сводящим с ума ароматом. А я - начищенными ботинками, уверенной походкой и наглой рожей.
- Синий, - он раскрыл камень первым.
- Синий, - я последовал его примеру. По двору прошёл разочарованный гул. На ближайший час шоу отменялось, а чертов Катрайт снова на нулевой отметке.
Я повернулся, чтобы уйти, но внезапно чихнул. Да так сильно, что выпустил из поля зрения блондина и его дружков.
- Будь здоров! - криво усмехнулся он. - Надеюсь, платочек у тебя есть? Или всё больше в лопух?
Я чихнул ещё раз. А потом ещё. А затем из глаз ручьём полились слёзы. Я чихнул ещё два раза, не в силах вымолвить ни слова. Нос и горло резало словно кипятком. Но я знал, что это ещё цветочки. В буквальном смысле.
- Ирразиум?.. - пролепетал я, чувствуя, что мне уже не хватает воздуха.
- Специально для тебя, Рэй Айно, - голос Картрайта неприятно царапнул металлом. - Ты в курсе, что он цветёт только раз в пять лет?
Уж это-то я знал. То-то мне запах показался смутно знакомым. Вот ведь гнида. Пронюхал про аллергию, которая... Мир перед глазами уже начал расплываться.
- Камень, - прохрипел я, шатаясь и цепляясь руками за стены, чувствуя, как сознание делает мне ручкой. - Кра-а-сный.
- Придётся часок потерпеть, - каждое слово будто впечатывалось в мозг, а потом я упал и, конечно, перестал что-либо слышать.
Мне было пять лет, когда проявилась моя аллергия на Ирразиум. Ничтожно малой дозы пыльцы в воздухе заставляла меня лить слёзы и задыхаться от слизи в горле. Отец тогда влез в долги и купил сильнейший артефакт исцеления. Я выжил. А когда Ирразиум зацвел в следующий раз, мне было уже десять и, от греха подальше, меня отправили на другой континент. В пятнадцать было то же самое. И вот сейчас, по прихоти богатого выскочки, я вновь очутился в герметичном медицинском блоке, судорожно вдыхая золотистую пыльцу, дарующую возможность дышать.
Доктор Ваннета разрешила мне подняться только через день. Признаться, не очень-то и хотелось. Перед глазами всё равно всё плыло и двоилось, а к рукам и ногам будто привязали по гире. С трудом добравшись до ванной, я посмотрел в зеркало и вздрогнул. Чертова голограмма по-прежнему висела у меня над головой, показывая статистику поединка.
В очередной раз разлепив глаза, я увидел Дика.
- Как ты? - я видел, что он искренне переживает. Дик Шо всегда был на моей стороне.
- Не уверен, - честно ответил я и криво усмехнулся. Уж больно нелепо он выглядел в стерильном фиолетовом костюме и шапочке. - Но жить буду.
- Школу очистили от Ирразиума. Семья Картрайтов заплатила.
- Угу.
- И исцеляющий артефакт, - он кивнул на стоявшую у изголовья кровати золотую лампу. - Тоже они купили.
- Ладно...
- Ты ведь продолжишь поединок? Картрайту что-нибудь передать?
- Ничего, - я отвернулся к стене. - Прости, мне нужно немного отдохнуть.
Я вернулся в школу через неделю. Не было никаких извинений и мелодрам. Дик рассказал, что Картрайту не грозило даже дисциплинарное взыскание. Но тот заявил, что, несмотря на поединок, берёт на ответственность на себя, и попросил вызвать родителей, чтобы компенсировать нанесённый его действиями вред. Я его даже немного зауважал.
Уже через час мы, не сговариваясь, встретились у чаши. Свидетелей не было. Лично мне развлекать публику больше не хотелось.
- Синий, - я решил, плевать на всё. Пусть Картрайт делает что угодно!
- Синий, - даже не посмотрев в мою сторону, он развернулся и буркнул на ходу. - Встретимся через час.
