Парад войск проходил несколько необычно. После рапорта начальника гарнизона командующий войсками не поднялся на трибуну, чтобы пропустить войска церемониальным маршем. Он сопровождал Жордания, который вместе с Рамишвили, военным министром, председателем Главного штаба Народной гвардии, начальником гарнизона и другими генералами производил смотр войскам, выстроившимся вдоль проспекта Руставели. Президент поздравлял солдат с праздником и провозглашал «ура» в честь демократической республики. Дружно отвечали на приветствия только юнкера, одетые в итальянские шинели. Народогвардейцы встретили президента без энтузиазма, а регулярные части отделались какими-то придушенными, надтреснутыми выкриками. Все это удручающе подействовало на Жордания и в особенности на Джугели.
По мере того как президент и сопровождавшие его лица продвигались все дальше вдоль выстроившихся шпалерами войск, ответные приветствия солдат и возгласы «ваша» становились все более жидкими, вялыми, нестройными.
Джугели, побледнев от злости, сорвал с головы фуражку и стал подавать солдатам знаки кричать дружнее. Но солдаты встречали эти знаки угрюмыми взглядами или же отворачивались, насмешливо улыбаясь.
— Вот и попробуйте, пошлите их против красных! — прохрипел осипшим голосом Джугели на ухо министру внутренних дел.
Джугели знал, что говорил. Во время недавних стычек на границе с Азербайджаном грузинские солдаты отказывались выполнять боевые приказы, устраивали митинги, братались с красноармейцами, целыми батальонами и даже полками уходили с фронта. Офицерам, которые пытались их удержать, солдаты угрожали оружием.
— Нужно провести в армии строжайшую чистку и применять против большевиствующих солдат самые суровые меры, вплоть до расстрела, — ответил Рамишвили председателю Главного штаба Народной гвардии.
— После расстрелов, — возразил Джугели, — участились случаи дезертирства.
Когда Жордания, сопровождавшие его министры и генералы подошли к оперному театру, до слуха их донеслись не совсем обычные звуки оркестра — как-то странно гудели трубы, очень уж резко отбивал дробь барабан. Вскоре на перекрестке показался полк колониальных английских войск.
Все, за исключением президента и нескольких членов правительства, удивились: откуда вдруг в Грузии английские войска? Однако те, кто еще верил меньшевикам, их умению вершить дипломатические дела, склонны были расценить появление английских войск в Тифлисе почти одновременно с прибытием в Грузию верховного комиссара Франции Шевалье и адмирала Дюмениля, как начало военной помощи. «Пусть попробуют они теперь устроить восстание», — грозили большевикам неожиданно воспрянувшие духом доморощенные политики, глядя на маршировавший по проспекту полк сипаев.
Ни Жордания, ни Рамишвили, никто из лиц, знавших действительное положение дел, конечно, не разделял этих восторгов: им было хорошо известно, что этот полк английских солдат не имел никакого отношения к военной помощи, слухи о которой все упорнее распространялись по городу. Жордания и Рамишвили знали, что через несколько дней сипаи погрузятся в Батуме на транспорт и отбудут в Константинополь.
Что же касается злополучного английского полка, то история появления его на территории Грузии носила несколько анекдотический характер.
После установления советской власти в Азербайджане английское правительство начало лихорадочно наводнять Иран сипаями, надеясь с помощью меньшевистской Грузии и дашнакской Армении свергнуть в Азербайджане советскую власть. Вокруг Кавказа упорно плелись политические интриги. Правительство Жордания — Рамишвили оказывало поддержку свергнутым контрреволюционным правительствам горцев Северного Кавказа и Азербайджана. Эти «правительства» и их комитеты беспрепятственно формировали на территории Грузии свои вооруженные отряды для диверсий и контрреволюционных восстаний. Между Особым отрядом и англо-американо-французскими разведывательными органами установилась крепкая связь. Грузия превратилась в плацдарм контрреволюции для свержения советской власти на Кавказе.
В это время неожиданно началось революционное восстание в Армении. По просьбе дашнакского правительства англичане перебросили из Тавриза в Эривань полк сипаев в помощь дашнакским войскам для подавления восстания. Тогда часть советских войск, стоявших в Азербайджане, была двинута в Армению и 2 декабря 1920 года вступила в Эривань, где дашнакское правительство уже было свергнуто и власть перешла в руки повстанцев. Оказавшись отрезанными от Персии, сипаи поспешно отступили к границам Грузии. Командир полка обратился к правительству Жордания с просьбой разрешить перейти границу, с тем чтобы через Тифлис направить полк в Батум и дальше — за границу. Этот-то полк сипаев и маршировал сейчас под бурные звуки своего оркестра по проспекту Руставели…
Несмотря на поспешное отступление из Армении, походившее скорее на бегство, английские офицеры вели своих солдат по Тифлису с надменным видом, как бы не замечая грузинских войск, стоявших вдоль проспекта.
