Подумал: не здесь ли сиянье отваги
Для птиц, исполняющих волю творца?
Но поздно. Я плакал, пожалуй, что слишком.
Луна беспощадна, а солнце черно.
И, вспученный оцепенений излишком, О, море, хочу на песчаное дна!..
А если Европа вдали замаячит,
То пусть она будет, как лужи застой.
Пусть грустный кораблик в ладошке не прячет
Мальчишка, склоняясь над мутной водой.
А я не могу, убаюкан во влаге,
Войти в монотонный фарватер судов
И плыть сквозь огни и кичливые флаги
Под жутким прищуром понтонных мостов!
