9.149 Из показаний Гольдфарба и Закаева я узнал, что в Великобританию в июне 2007 года приезжал чеченец по имени Мовлади Атлангериев. Как пояснил Гольдфарб, у Атлангериева был долговременный опыт сотрудничества с ФСБ, а в полиции имелись разведывательные данные о том, что он приехал в Великобританию с целью убийства Березовского. Он действительно сделал попытку увидеться с Березовским, но был арестован и депортирован из страны. Как оказалось, спустя короткое время после его возвращения в Москву Атлангериев был похищен и убит, предположительно представителями соперничающего чеченского клана. Если имеющиеся у полиции разведданные верны, то данное событие может служить доказательством того, что практически в одно время со смертью Литвиненко ФСБ готовила устранение основных оппонентов путинского режима в Лондоне.
9.150 Также сейчас было бы уместно коротко упомянуть информацию, полученную Марио Скарамеллой от Лимарева в октябре 2006 года, о чем он предупреждал Литвиненко во время их встречи в ресторане Itsu 1 ноября 2006 года. Я касался этой темы в параграфе 6.287 настоящего документа.
9.151 Скарамелла заявил, что получил ряд предупреждений от Лимарева в конце 2006 года. Он полагает, что информация, переданная Лимаревым, исходит из России, в том числе от действующих офицеров разведки. Он заявляет, что на определенном этапе, перед убийством Политковской (произошедшим 7 октября 2006 года), Лимарев сообщил ему о неком списке «врагов» России, которых намечено «устранить». Скарамелла заявил, что список включал в себя Березовского, Политковскую, Литвиненко, его самого, Гуццанти, Гордиевского, Закаева и «возможно, даже Буковского». Скарамелла заявил, что разговаривал с Лимаревым то ли прямо в день смерти Анны Политковской, то ли на следующий день. Лимарев сообщил ему, что устранение означенных в списке «целей» началось. Лимарев также предупредил его, что остальные лица в списке могут скорее быть отравлены радиоактивным таллием, чем застрелены.
9.152 До этого я упоминал письма от Лимарева, полученные Скарамеллой по электронной почте незадолго до его встречи с Литвиненко 1 ноября 2006 года, которые Скарамелла распечатал и показал Литвиненко в ресторане Itsu. В этих письмах сообщалось о действиях, направленных против Скарамеллы и Гуццанти, планируемых группой ветеранов СВР, известной под названием «Честь и достоинство». В более раннем из двух писем говорилось и о риске для Литвиненко:
9.153 Я также обращал внимание, что Литвиненко не придал особого значения предостережениям Лимарева, переданным ему Скарамеллой. Однако очевидно, что Скарамелла воспринял полученные им от Лимарева предостережения очень серьезно. Либо 1 ноября, либо днем позже он написал на листке бумаги записку и носил ее с собой все время, пока находился в Лондоне. Вполне возможно, что листок уже был у него во время встречи с Литвиненко в Itsu. Записка содержала контактные номера и следующие слова: «Также прошу связаться с полицией и службами безопасности, потому что я нахожусь в опасности в связи с моей работой в итальянском парламенте (сенатор Паоло Гуццанти). Есть риск, что я был отравлен».
9.154 Я, несомненно, не в состоянии найти и доказать достоверный источник (или источники) полученной Лимаревым в течение того периода информации, которую он передал Скарамелле, а тот, в свою очередь, передал ее остальным, включая Литвиненко. Равно как у меня нет возможности твердо доказать существование связи между полученной Лимаревым информацией и готовившимися в то время реальными планами убийств Политковской и Литвиненко или кого бы то ни было еще из списка.
9.155 Однако можно с уверенностью заявить, что предостережения, переданные Лимаревым Скарамелле, а через него и Литвиненко, не расходятся с выводами, которые можно сделать, исходя из ряда событий, упомянутых выше. Ведущие критики президента Путина, независимо от места их проживания, находились под угрозой прямого устранения. И один из возможных рисков, с которым им пришлось столкнуться, — это отравление.