Петра гримировали быстрее, потому что загар имитировать было не надо. Одинаковые парики, усы, очки в толстой оправе и форма официантов сделали свое дело: мужчины стали похожими, несмотря на заметную разницу в возрасте. Разве что носы и скулы могли выдать их, но кто же будет пристально рассматривать обслугу? На это и был весь расчет.
Петр посмотрел на себя в зеркало и остался доволен даже появлением небольшого шрама на щеке, как у его двойника, которому, в свою очередь, дорисовали родинку на виске и мелкие морщинки вокруг глаз. Фотограф сделал первый кадр, поставив «близнецов» рядом.
– Петр, отдайте мне часы, – попросила Наташа, – они вас выдадут. И помните, я просила вас не использовать сегодня ваш парфюм? Мы побрызгаем вас таким же, как вашу копию.
– Да, конечно. Телефон я поставил на беззвучный сигнал. Если Марина позвонит и спросит, почему я не еду, выйду и поговорю с ней.
– Хорошо. Минут двадцать-тридцать поиграем и разоблачаемся, да? – Голос Наташи звучал глухо. Она уже слышала, о чем целый час говорили гости.
Сейчас, после десяти лет в ивент-бизнесе, в подобной ситуации она, скорее всего, на ходу начала бы вносить коррективы в мероприятие, но тогда она только начинала работать в этой сфере и не рискнула отступать от утвержденного сценария.
– Посмотрим. Как пойдет, – ответил ничего не подозревающий Петр.
Проводив его взглядом, Наташа обратилась к двойнику:
– Вся реальная работа – на вас и других официантах. Заказчик заплатил не за то, чтобы пахать вместо вас, понимаете, да? Поручите ему только самое простое, чтобы он не облажался и ничего не испортил.
– Будьте спокойны, сделаем, – заверил ее рвущийся в бой дебютант.
Наташино сердце сжалось. В зале реально могла начаться бойня.
Петр зашел в зал, когда один из его друзей произносил тост:
– Маринкин, опять за тебя! Ну, и ты там как-то намекни своему бизнесмену, что ли, что можно не в этом зальчике нас собирать, а свозить, например, в Эмираты или еще куда…
Все дружно засмеялись и поддержали «оратора», который продолжил:
– Вот на твои двадцать пять лет он же сделал всё, как надо, и мы все остались очень довольны. А сейчас что? Тридцатник ведь.
– Ну, спасибо, напомнил, Андрюш… – наигранно поправила волосы именинница.
Покачивающегося Андрюшу зло одернула женщина рядом:
– Сядь уже, вечно ты невпопад!
– Не, ну а чё? – оборонялся тот, размахивая полным бокалом. – Все молчат, один я говорю правду.
– Не лей на меня свою правду, выпей или поставь уже!
– Ребят, я извиняюсь за Петю. Он, как всегда, не с нами, у него есть дела поважнее, бизнес, все такое, – сказала Марина. – Но я обещаю вам, что использую все свои чары и на Новый год мы обязательно что-нибудь замутим, Куршавель или Марокко – что-нибудь обязательно будет. Давайте до дна – за успех нашей задумки!
Наташа стояла между колоннами, ведущими в небольшой банкетный зал в стиле барокко, слышала все и даже могла частично наблюдать происходящее. Двое официантов пытались незаметно вытолкать остолбеневшего Петра в открытые настежь двери. Когда им это удалось, Наташа взяла его под руку и увела за барную стойку в другом зале.
– Водки или кофе?
– Кофе.
– Прекратим?
– Нет. Наоборот. Я буду здесь весь вечер. Я должен услышать все.
– Уверены?
– Да.
Она посмотрела на него в упор. Такой взгляд у мужчины ей был хорошо знаком: ее муж так же сверкал глазами, когда знал, что сейчас будет очень больно, но продолжал идти вперед.
Наташа и Петр опрокинули по двойному эспрессо и пошли назад, в длинном проходе почти столкнувшись с его гостями, идущими на улицу покурить. Загримированный бизнесмен дернулся, чтобы отвернуться, но Наташа удержала его, прошептав:
– Спокойно, вы для них невидимка.
Петр вернулся в зал и застал свою жену, окруженную подругами, на середине фразы:
– …да детский сад, я вам говорю.
– И че-че потом?
– А еще Сергей у меня в машине был, чуть не обоссался над этими фокусами. Блин. Лучше бы он драл меня с таким энтузиазмом, как сказки придумывает!
– Ты про Сергея?
Все засмеялись.
– Сергей дерёт как надо, не придерешься! – Марина взяла бокал. – Девочки, давайте за нас! Чтобы мужики наши понимали, что интересует женщину в самом соку, а что – детей!
– И не путали!
– Вот да!
Наманикюренные пальчики ухватились за бокалы, некоторые из них были пусты. Молоденький официант толкнул Петра в плечо, мол, надо поработать.
– Я открою бутылку, ты иди, налей, – шепнул ему Петр.
Он повернулся спиной к гостям и стал ковыряться с бутылкой за сервировочным столиком у входа в зал. Юноша быстро обслужил подвыпивших дам, затем увидел, что борьба со штопором продолжается, и взял бутылку из неумелых рук. Через секунду пробка громко чпокнула. Женщины возбужденно захохотали.
– Марин, ну не знаю, Петька с виду такой спортивный… Неужели правду говорят, что все качки не особо в этом деле? – спросила слишком загорелая девушка, гремя браслетами.
– Не, ну как не особо? Особо, когда дома. А дома-то он редко когда, – ухмыльнулась именинница. – Что ж теперь, с голоду сдохнуть?
– Может, просто ты обжора ненасытная? – игриво подняла бровь дама с гладкой прической.
