Но почему, ядовитое,
так привлекает оно?
Сладкое, липкое, сытое,
тянет на дно.
Добро наши страсти борет,
Зовёт: «Поднимайся ввысь!».
Но тяжко взбираться в гору.
Легче катиться вниз.
Не имею телевизора,
Не читаю я газет.
Но идут из мира вызовы…
От него покоя нет.
Рассказал сосед о пенсиях,
Продавщица – про теракт…
Новостей течёт эссенция.
На душе царит бардак.
А душа сопротивляется:
Знать о взрывах – нелегко.
И скорбит она, и мается,
Растеряла весь покой…
В лес пойду – пичуга светлая
Трелью радует меня.
Утешают липы ветками,
И приходит радость дня.
Мир, в огне, скорбях и ужасах,
Разъярённый и больной,
Не исчез, а просто сузился,
Стал горошинкой одной.
Вот мы умрем – а мир и не заметит…
Успеть бы тихо вымолвить: "Прости…"
…Какое солнце нынче Майклу светит?
Куда ему назначено идти?
Кто знает, что в душе его творилось,
Каким на самом деле был, скажи?
Звезда, как плод, созрела, покатилась…
Лишь ветка опустевшая дрожит…
Плотская, мирская в нас бродит закваска.
Нам жизнь кинозвёзд представляется сказкой.
У каждой модели – павлиний наряд.
Царят за кулисами слёзы и ад.
Сулят нам конфетки в красивых обёртках,
Мозги заплетают умело и вёртко.
И тратим мы время и деньги на тряпки.
Но копятся где-то архивные папки.
Записаны наши дела, помышленья,
От Бога и к Богу любые движенья.
Когда же исчезнет земля под ногами,
То кто нас поймает? Что станется с нами?
Нет страшней восторженных людей,
Обоготворяющих кумиров,
Озарённых множеством идей,
Возносящих их, как светоч, миру…
Вот они кого-то на руках
С воплями восторженными носят.
А когда идее полный крах,
Бросят наземь, сокрушая кости…
Вновь кого-то вытащат на свет,
Понесутся с новою игрушкой…
Кажется – любви предела нет…
А остынут – не пробить и пушкой…
… Хорошо, когда любовь – тиха,
Жалостлива, и полна покоя…
Как река, бегущая века…
Как ладонь, что от беды укроет…
Нынче скромные не в моде.
Не приветствуют порой
В брючно-стриженом народе
Длинно-юбочный покрой.
То, что носится платочек,
Нет помады и румян,
Настораживает очень,
Словно вызов и изъян.
Полуголая девица,
Что из банки пиво пьёт,
Не заставит удивиться,
Большинство её поймёт.
А девчонку без раскраски,
И в платочке, и с косой,
Ожидает взгляд не ласков,
А презрительно-косой.
Поглядит красавец томный,
И усмешкой одарит:
Слишком чистый, слишком скромный,
Слишком затрапезный вид.
А придёт мечта жениться,
Станет парню не до сна.
Тут и вспомнится девица.
А она… уже жена…
1.
Две девицы – демоницы,
Сигаретный дым струится,
Разрисованные лица,
И немыслимый наряд.
Им бы дождичком умыться,
Станут светленькими лица,
Да платочками накрыться –
Скажут – ангелы глядят!
2.
Пусть они красятся, пусть они мажутся,
В перьях, цепочках, заклепках, джинсАх,
Если любить их, конечно, окажется -
Ангельский свет проступает в глазах…
То петухи, то лошади, то крысы.
А нынче всюду хрюканье и визг.
Открытки-свиньи, свинские сюрпризы,
И календарь с хавроньей – модный писк.
Теперь весь год – вокруг свиные рожи.
Брелки, игрушки и календари.
Из шерсти, из бумаги, экокожи,
И милые, и просто упыри.
Скажи – зачем? Какие в этом смыслы?
Подумается – мир сошёл с ума.
Нос пятачком, и уши вниз повисли…
Свинья в недоумении сама.
Совсем не в честь начала года
В дом ель приносится, сосна.
Совсем не делает погоды
Год «крысы» или «кабана».
И Дед Мороз с бородкой ватной
Впустую в шубе пропотел.
Он дни не повернет обратно.
Сбылось ли все, чего хотел?
Пустые дни. Обжорства, пляски,
Хлопушки, тосты – как всегда.
Несбыточность нелепой сказки…
Но – загорается ЗВЕЗДА.
Не та, что помнится нам красной,
Что знает быль о палачах,
А та, что нет ее прекрасней,
Христова, о восьми лучах.
В Святые дни, когда затихнет
Вал пьянок, «праздник» отгорит,
Она над миром тихо вспыхнет,
И души счастьем озарит.
И древо хвойное, с дарами,
Свое значенье обретёт.
Звезда мерцает над горами…
Небесный хор в душе поёт…
Хеллуин – нечистый «праздник».
Бесов радуя, идёт
Вереница масок разных,
Мерзких, страшных – душу рвёт.
Ой, как весело, приятно
Погулять средь пауков,
С мертвецами в трупных пятнах,
Среди зомби, ведьмаков…
Настроение какое?
Хохот, вопли, жуть и мрак.
Тихой радости, покоя
Этот «праздник» явный враг.
Вот и деток нарядили,
Приучают с малых лет…
Вот и нечисть стала милой,
Интереснее, чем Свет.
Модно, стильно и красиво
Элегантным чёртом быть,
Или ведьмой с гривой сивой,
Магазинчик свой открыть,
Где свободно продаётся
Много масок и картин…
Но когда умрёшь, придётся
Отвечать за Хеллуин.
Здесь словно в пепле сосны и песок.
Молчи, замри и песни ветра слушай.
У каждой жизни истекает срок,
Но тут сквозь ужас проходили души.
От глаз чужих укрытый полигон
Глотал людей – земля не принимала.
Не затихал в её утробе стон…
Но палачам всё мало было, мало.
Грузовики везли сюда людей.
Те до конца надеялись на чудо.
Но не было порядочных судей,
И не случалось выхода отсюда.
Патронов – нет числа у палачей.
