– Кот?- Роуэн отказывался верить собственным глазам.
– Это ваш? - не задумываясь, женщина открыла дверь, впустив кота, который, не мешкая, шмыгнул внутрь.
– Да, вроде того,- признался Роуэн, обдумывая только что полученную информацию. В прошлое перенесся не только он сам, но и Кот. «Интересно,- подумал Роуэн.- Очень интересно».
Кота же метафизика совершенно не занимала. Он сосредоточенно отряхивался, разбрызгивая по сторонам воду.
Энджелина тихо, мелодично засмеялась. Роуэн знал, что эти нежные звуки не часто звучат в особняке Ламартин, и они показались ему просто волшебными.
– Совершенно ясно,- Энджелина зажгла стоявшую поблизости лампу,- что monsieur Chat «Господин Кот (фр.)» не любит промокать насквозь. Может, вам удастся вытереть его этим?- повернувшись к Роуэну, она предложила ему передник, который Люки, уходя, оставила висеть на спинке стула. Посмотрев на эту женщину поближе, Роуэн затаил дыхание. Энджелина была красавица, когда ее освещали молнии, но теперь, в приглушенном свете лампы, она казалась еще прекраснее. В чем-чем, а в дурном вкусе упрекнуть Галена Ламартина Роуэн не мог. Тот умудрился завладеть прелестнейшей из всего цветника розой…
Энджелину поразила внешность Роуэна. Она считала его привлекательным, но не слишком задумывалась над этим. Теперь же, глядя на него, Энджелина вспомнила о том, что она - женщина. Она давно позабыла об этом, и «благодарить» следовало, разумеется, этого зверя. А ведь некогда Энджелина радовалась, что родилась женщиной. Теперь же это казалось ей лишь проявлением слабости… Сейчас она жаждала обладать физической силой, чтобы больше никто не мог обидеть или унизить ее.
Вдруг Роуэн понял, что Энджелина до сих пор протягивает ему передник.
– Спасибо,- он взял передник и сел, как индеец, прямо на пол.- Иди сюда, малый,- позвал Роуэн Кота.
Кот раньше был ужасно горд и самоуверен, но теперь присмирел, напуганный дождем, и покорно подошел, позволяя себя вытирать. Роуэну пришло в голову, что он сам похож на этого кота. Некогда им правила уверенность в себе, но последние несколько недель согнули его.
– Этот кот как-то странно выглядит, - заметила Энджелина и пояснила: - он длинный и худой. Разве ему не хватает городских крыс? - Почти в каждом городском доме имелся толстый кот, которого заводили, чтобы сдерживать натиск крыс. Несмотря на это крысы процветали.
Роуэн вспомнил о мешке с кошачьим кормом, лежавшим в кухне…
– Поверьте,- сказал он,- этот кот и не посмотрит на крысу. Вся их порода тонкая, худая и длинная.
Улыбаясь, Энджелина опустилась на колени рядом с Роуэном. Пышная юбка цвета слоновой кости колоколом вздулась на полу. Протянув руку, она погладила кота по голове. Кот начал мурлыкать.
– Так он не такой, как все?
– Да, он особенный.
– А имя у него есть?
– Кот.
Энджелина улыбнулась. Роуэн улыбнулся в ответ.
– Имя не слишком оригинальное,- поддразнивая, сказала она. Поддразнивать и улыбаться она уже совсем отвыкла…
– Он приблудный. Я не знаю, как его зовут на самом деле.
– А-а-а,- протянула Энджелина, словно это объясняло все.- А откуда он взялся? Где живет?
– Где-то по соседству.
– Нет, мне интересно, где вывели такую породу тощих, равнодушных к крысам, кошек. Роуэн задумался:
– По-моему, в Таиланде.
– А где этот - Таиланд? - нахмурилась Энджелина.
– Сиам? - извиняющимся голосом спросил он.
– А-а,- по-видимому, это название ей уже приходилось слышать.- Но почему вы так странно одеваетесь?
Этого вопроса Роуэн не ждал.
– Там, откуда я пришел, мой наряд не кажется странным.
– А откуда вы?
Несмотря на то, что Роуэн готовился к этому вопросу, он не сразу собрался с силами:
– Издалека.
– Дальше, чем Сиам?
– Да,- ответил он.- Гораздо дальше.
– А как вы оказались здесь? - спросила Энджелина. Ей необходимо было подтвердить свои надежды, избавиться от опасений. Вдруг Энджелине пришло в голову, что, возможно, этот человек - вовсе не ответ на ее молитвы…
Как только Кот слегка подсох, он забрался на колени к Роуэну, словно ему тоже было необходимо подтверждение о том, что Роуэн действительно именно тот, за кого себя выдает. Энджелина знала, кто он, в этом Роуэн был уверен. В ее взгляде ясно читалось, что она доверила бы ему свою жизнь. Роуэна это пугало: он понятия не имел, что ему делать. Он играл в эту игру втемную. Несмотря на свой страх, Роуэн понимал, что настало время откровенности. По крайней мере, частичной.
– Я пришел за вами.
Энджелина промолчала. Ее сердце переполняла радость, в горле стоял комок, и говорить она не могла. Энджелина не могла произнести ни слова, но слезы радости и облегчения, показавшиеся на ее глазах, говорили красноречивее любых слов.
– Не плачьте,- прошептал Роуэн, беря ее за руку. Их пальцы с готовностью и жаром сплелись.
– Тогда заберите нас. Сегодня. Сейчас!
Когда Роуэн услышал эту просьбу, его сердце чуть не разорвалось. Он бы отдал все, что угодно, лишь бы выполнить ее.
– Это не так просто,- возразил он.
– Почему?
– Я не могу остаться здесь и не могу забрать вас с собой.
– Почему? Я дам вам денег. У меня есть немного денег…
