– Прямо так и написано про игрушку и её любовь? – скептично заметила в ответ.
– А кто ты для него, Ева? Драконы не умеют любить. И не хотят.
Слова, как острые лезвия, резали мои представления о Ридерике, но я угрюмо молчала, глядя на уже ненавистную птицу.
– Мы – собственники, Ева. Драконы ревнивы, агрессивны и жестоки. Люди для нас – пыль. То, что попало в наши лапы, навсегда останется у нас. До тех пор, пока не умрёт или не погибнет.
– Чудесно, – выдавила я. – Зачем вы мне это рассказываете?
– Хочешь честности?
– А до сих пор вы лгали?
Тихий смех показал, что Вальда развеселил мой вопрос.
– Теперь я понимаю, чем ты зацепила Ридерика. Не зря он прячет тебя. Узнаю Альросского. Схоронить ценность, баловать её, играть, пока не надоест. А в твоём случае – и вовремя избавиться. Свою выгоду он не упустит.
– Он обещал помочь с возвращением домой, – зло бросила я, цепляясь за давние слова Ледяного.
– Помочь? – изумился Вальд и рассмеялся: – Ридерик сам закрыл портал, из которого ты пришла в этот мир. И тем самым усложнил задачу твоего возвращения. Как думаешь, зачем он это сделал?
Слёзы снова попытались прорваться, но я крепилась изо всех сил. Ридерик никогда не скрывал, что не отпустит меня. Он говорил, что любовь сделает его сильнее. Рассказывал, что с другими не получилось. И это доказывало честность Каменного.
– Ты никогда не вернёшься домой, – продолжал Каменный. – Он не отпустит. Поверь. Я его слишком хорошо знаю.
– И почему я вам не верю? – тихо возразила я.
– Наверно, потому, что хочешь верить Ридерику, – хмыкнул Каменный. – Я понимаю. Остаётся искренне пожалеть тебя завтра, когда ты будешь стоять на коленях возле плахи и смотреть своему любимому в глаза.
– Вы так уверены в моей любви к Ридерику? – не сдержала усмешку.
– Моя стихия не только камни, Ева, – мягко ответил Сирисский. – От меня зависит плодородие земли, её живительная сила. Рождение и рост невозможны без любви и умения видеть её в живом.
Жар-птица расправила крылья, почистила волшебные перья.
Я встала и подошла к окну. Глянула на разрушенную площадь.
– Что вам нужно?
– Я могу отправить тебя домой.
– А взамен?
– Умница, – одобрительно хмыкнул Каменный. – Взамен ты найдёшь четвёртого дракона в своём мире и заберёшь у него нечто важное для меня. Я хочу восстановить баланс и стать свободным.
– И всё?
– Всё. Мне невыгодна твоя смерть.
– Тем не менее вы хотите сами убедиться в исполнении приговора.
– Ева… Ридерик ничего не должен заподозрить. Я не мог поступить иначе. Подумай сама. Стал бы я рассказывать тебе все подробности здесь и сейчас, если бы хотел твоей казни?
– Почему вы сами не найдёте четвёртого?
– Могу и сам, – вздохнул Вальд, – после твоей смерти. Только это намного сложнее.
Я смотрела на каменную змею, сверкавшую на свету красными глазами. Вальд Сирисский сделал серьёзное предложение с неизвестными для меня последствиями. А ещё поставил под сомнения чувства Ридерика, объяснив менталитетом драконов и старой легендой. Он хочет восстановить баланс, но насколько Каменный правдив со мной?
– Думай, Ева. Всё в твоих руках, – уговаривал меня низкий голос Сирисского. – Сегодня у тебя есть выбор. Завтра его не будет. Если решишься, знаешь, где меня найти. Змея на площади осталась ради тебя.
Птичка слетела с моей руки, вспыхнула и растворилась в воздухе.
Душа просила, просто требовала разговора с Ридериком. И словно в ответ на мой призыв, двери в мастерскую распахнулись.
Ридерик остановился на пороге. Даже снедаемый злостью, мужчина любовался стоящей возле окна девушкой. Именно сейчас он отчётливо понял: как только Ева признает свою вину и доверится ему, он будет защищать её до конца. И не отдаст свою Снежинку на растерзание другим драконам. Пусть для этого потребуется весь оставшийся магический резерв.
Ева увидела его и сдержанно улыбнулась. Удивительная женщина. Перед лицом смертельной опасности держится спокойно и с достоинством ледяной королевы. Нет истерик. Нет слёз. Открытый внимательный взгляд и расправленные плечи.
Ридерик подошёл к Еве. Крепко прижал к себе, испытывая жгучее желание защищать любимую, снова почувствовать на вкус её мягкие губы. Не удержался. Взял за подбородок, приблизился к красивому лицу. Вдохнул нежный запах свежести, а потом впился в губы Снежинки жадным, исполненным негодования поцелуем.
И целовал бесконечно долго, пока Ева возмущённо не всхлипнула, отталкивая его.
– Ридерик!
Тогда он отодвинулся, внимательно всмотрелся в голубые глаза.
– Так и будешь отрицать свою вину?
– Как я могу отрицать то, чего нет?
– Ты можешь мне доверять, Ева, – дракон постарался произнести фразу как можно теплее. – Просто признайся. Ты отправила служанку на рынок королевства за портальными сферами в первый раз. А оставшиеся перепрятала после возвращения.
– Что за глупости! – неожиданно возмутилась Снежинка и попыталась высвободиться. – Я понятия не имею, где такое продаётся! Но даже если бы знала, у меня нет денег.
