Она стянула с меня рубашку, зайдя за спину и лаская мои плечи, заставляя дрожать. И отнюдь не от холода.
– Значит ни слова лжи? Тогда ответишь мне на пару вопросов? А я тебя отблагодарю.
Ее руки аккуратно спустились к ремню, заставив меня едва слышно застонать. Изощренная пытка!
– Ты меня любишь? - нежным голосом спросила она.
– Да.
– Ты меня бросишь?
– Нет. Никогда.
– Ты бы хотел от меня ребенка?
– Да. А лучше несколько. Десятков.
Она шутливо толкнула меня в бок и рассмеялась.
– Эй, я тебе не свиноматка. Даже не рассчитывай, но одного или двух - запросто. Правда, тебе надо для этого немножко постараться. Ты готов?
Она еще спрашивает! Да я уже минут десять, как готов!
Я сгреб Лину в охапку и жадно поцеловал, попутно пытаясь избавить ее от столь неудобного платья. И вдруг нас прервал голос этого отвратительного маскара:
– Прошу прощения, что побеспокоил, но через пятнадцать минут начнется бал, на котором я хотел бы вас видеть. Поэтому не могли бы вы отложить свои игры на более позднее время?
Лина, скорчив недовольную рожицу и метнув в Александра гневный взгляд, ушла в гардеробную, оставив нас с ним наедине. Честно говоря, очень хотелось придушить наглого маскара за то, что он обломал мне одну из самых фееричных ночей. Уж я-то точно знаю, что в таком настроении жена показала бы мне небо в алмазах!
– Не забывайте, тентемо, вы лапаете мою будущую жену.
– Она никогда не будет вашей, царь. Потому что я ее никогда не отпущу, даже если она сама захочет. Она будет моей до тех пор, пока я в ней нуждаюсь.
Мои кулаки сжались против воли. Захотелось срочно кому-нибудь набить морду. Точнее сказать, кое-кому.
– Прекрасная оговорка: именно пока вы в ней нуждаетесь. Я позабочусь, чтобы эта нужда отпала. Позвольте откланяться.
Во время всего бала я пытался просчитать следующий ход Алекса, но он надел маску добродушного весельчака и радушного хозяина. Даже к Лине особо не приставал, пригласив на танец всего один раз. Зато его подданные - маскары разных возрастов и степеней смазливости - так и увивались вокруг человечки, осыпая ее комплиментами и приглашениями на танец. Она охотно улыбалась каждому из них, совершенно забыв обо мне.
Не выдержал я этого фарса где-то кавалере на двадцатом. Смазливый кудрявый блондин с ярко-синими глазами полез целоваться к Лине, несмотря на ее попытки отбиться. Весьма вялые попытки, стоит заметить. Отшвырнув бокал с шампанским, я схватил человечку за руку и потащил в свои покои. От злости хотелось убивать. Я чувствовал, как теряю над собой контроль и начинаю трансформироваться. Лина, сначала пытавшаяся сопротивляться, затихла, покорно следуя за мной.
Ворвавшись в покои, я разогнал слуг и швырнул Лину на кровать. Она приглушенно пискнула и попыталась отодвинуться от меня подальше.
– Ты, кажется, забыла, что ты - моя жена!
– Дей...
– Не смей! Слышишь, не смей принимать ничьих ухаживаний! Если я тебя хоть с кем-то застукаю, то убью и его, и тебя!
– Дей...
– Заткнись, человечка! Ты вела сегодня себя, как уличная девка. И я не желаю слышать твоих жалких оправданий!
Я метался по комнате, сшибая мебель и пытаясь успокоиться. Лина забилась в угол кровати и затихла. Заметив в углу комнаты небольшой бар, я решил выпить, чтобы успокоиться. К счастью, выбор спиртного был большой. Остановившись на водке, я выпил полстакана и направился к кровати, стаскивая с себя одежду.
– Иди сюда.
Я стянул с себя остатки одежды и протянул руку девчонке.
– Нет.
Зарычав, я бросился на непокорную девчонку. Она пыталась отбиться, плакала, что-то кричала, но мне было все равно. Я заломил ей руки, причиняя боль и наслаждаясь осознанием своего превосходства.
...Когда все закончилось, Лина чуть слышно прошептала:
– Я не прощу тебе этого, Дей. Никогда.
Зарычав от ярости и бессилия, я отвесил ей пощечину и бессильно обмяк, придавив ее к постели. Усталость взяла свое.
К каким только нелепым решениям не приходит человек под влиянием страха!
Ангелина
