Малыш замер, чувствуя, что озноб исчез, а вместо него в теле рождается совсем иное чувство. И это чувство никак не связано с ранами и слабостью. Напротив, оно слишком явно говорит о том, что силы у Малыша, как ни странно, еще остались. А так как из одежды на Малыше остались лишь травяные повязки, скрыть это чувство от прижавшейся к нему девушки не было никакой возможности. Возможно, сказалось действие трав и благовоний, а может, виной тому было долгое воздержание в условиях армии, но и желания скрывать что-либо тоже не было. Малыш обнял девушку как раз в тот момент, когда она сделала попытку отстраниться. Попав в его объятия, Заура замерла, не предпринимая никаких попыток вырваться.
— Тебе нельзя сейчас растрачивать свои силы, — едва слышно шепнула она, вновь прижимаясь к Майклу.
— Но ты не хочешь уйти? — удивился Малыш, сходя с ума от ее близости. — Я не стану действовать против твоей воли.
— Ты очень сильный воин, — зашептала девушка, касаясь горячими губами его уха. — Любая девушка нашей деревни будет счастлива разделить с тобой ложе и, если будет угодно богам, зачать...
Дослушивать ее слова Малыш был уже не в состоянии, как и объяснять этой девушке, что поголовно все солдаты Федерации во время призыва проходят процедуру временной стерилизации. Он лишь уловил согласные интонации в ее голосе, и этого ему было вполне достаточно. Понимая, что сам подняться не сможет, он потянул девушку на себя. Тонкое тело выгнулось в ответном желании, осторожно и ласково отвечая на его порыв...
Что-то грубо оборвало легкий поток сна, заставив Никсона сесть на своем ложе. Боль все еще была, но теперь она не захлестывала его, а лишь заставляла двигаться осторожнее. То, что его разбудило, было, несомненно, выстрелом, если только знакомый звук не являлся уродливым порождением его сна.
Майкл со стоном поднялся на ноги, чувствуя, что тело еще не полностью слушается его. На этот раз до его слуха донеслись какие-то крики и тревожный шум.
Полог шевельнулся, пропустив в комнату хрупкую фигурку девушки с охотничьим копьем в руках.
— Пришли плохие люди, — торопливо объяснила Заура. — Пришла беда. В этот раз они пришли не за едой, как обычно. Они пришли убивать.
Словно в подтверждение ее слов где-то рядом прогремели ещё несколько выстрелов, сопровождаемых криками боли и ужаса.
— Нужно бежать! — вскрикнула девушка, потянув Майкла за руку к двери.
Но он не успел сделать и шага, когда полог, сорванный грубой рукой, отлетел прочь и на пороге возник имперский солдат в полевой форме и с коротким автоматом в руках. Словно в замедленном кино бег времени растянулся, поддаваясь нажиму смертельной опасности.
Майкл скользнул вперед и вбок, на ходу выдергивая копье из рук девушки и плавно направляя движение его наконечника в грудь врага. Солдат попытался вскинуть оружие, но копье уже вонзилось чуть выше верхнего обреза ребер над грудиной, туда, где начинается горло. Майкл рванул древко на себя, но зазубренный наконечник не вышел, увлекая уже мертвого солдата внутрь хижины. Автомат моментально перекочевал на плечо Малыша, а в руке тускло сверкнул клинок пехотного ножа.
Девушка охнула, а Майкл, словно змея в броске, мгновенно всадил жало ножа в живот следующего солдата, появившегося на пороге хижины. Правда, в этот раз не получилось так же гладко, как с первым, — солдат успел закричать, падая на колени и хватаясь за распоротый живот. Со всех сторон послышались крики и топот спешащих на помощь своему товарищу имперцев. Малыш подтолкнул девушку к лежанке.
— Спрячься. Может быть, удастся спастись, — пояснил он, набрасывая на притаившуюся за лежанкой девушку тканое покрывало.
Не дожидаясь, когда враги ворвутся в хижину, Малыш выскочил им навстречу, жалея, что у него нет времени стащить с одного из трупов хоть какую-то одежду. Первого, оказавшегося совсем близко, гигант буквально поднял на нож, отшвырнув в сторону тряпичной куклой. Второго сшиб тяжелым ударом кулака с зажатым ножом в голову. Солдаты сбегались со всех сторон, поэтому Майкл открыл огонь короткими очередями, на бегу отсекая по два выстрела. Имперцы начали хаотично стрелять в ответ, сбитые с толку появлением обнаженного окровавленного гиганта, сеющего среди них смерть.
Сначала Майклу везло — он подстрелил еще троих солдат, не успевших укрыться от метких очередей. Но потом одна из пуль ударила его в плечо, разворачивая и сбивая с ног. Малыш кувыркнулся и. словно заговоренный, не чувствуя боли, поднялся вновь. Вскидывая автомат, он начал вылавливать прицелом бегущую фигуру имперца, но выстрелить не успел: еще одна пуля толкнула его в спину, чуть ниже правой лопатки, опять сбивая с ног. Автомат выпал из рук, отлетев в сторону. Майкл попытался подняться, но руки и ноги словно налились свинцом. Силы покинули его. Солдаты больше не стреляли, подходя ближе. Малыш метнул нож в ближайшего, но рука потеряла свою твердость, и нож лишь стукнул солдата рукоятью в плечо.
