Майкл хотел напомнить, что они вряд ли скоро вернутся, раз уж база эвакуирована, но передуман. Сержанту виднее. Раз он сказал — вернемся, значит, вернемся. А где будет этот госпиталь — на их базе или на борту висящего на орбите корабля, какая разница. У солдата дом там, где он находится в данный момент, как у цыгана.
— Какие у кого будут мысли? — негромко спросил Макфлай, опускаясь на корточки рядом со своими бойцами, расположившимися одной группой.
— У меня есть мыслишка, командир, — прищурился Самум, с деланым безразличием разглядывая синеющее высоко над стенами ущелья небо.
— Рассказывай, — согласился сержант, удобнее усаживаясь между Малышом и Самумом, жуя сухую травинку.
— Мы очень удачно остановились, — начал Тинмагомед, закладывая руки под голову. — Здесь весьма уютное расширение в ущелье и даже травка растет. А по правому плечу от тебя большой валун из стены торчит.
Малышу, слышавшему этот монолог, очень хотелось, как наверняка и остальным, обернуться в указанном направлении и посмотреть, но, понимая, что ни сержант, ни Руми не хотят жестами привлекать к разговору внимание имперцев, с огромным трудом сдержал свой порыв. Тем временем Самум продолжал, подтверждая славу лучшего следопыта:
— Только валун на самом деле не торчит из стены, как кажется. Он немного до нее не доходит. А та трещина, которая книзу расширяется, над ним уже в ладонь шириной. Значит, за валуном либо пещера, либо расщелина.
— Тут много расщелин, Самум, — возразил Макфлай, безразлично осматривая противоположную указанной стену ущелья.
— Расщелин много, — согласился Руми. — А вот потертостей от рук я ещё не видел. Между камнем и стеной довольно часто люди протискивались и оставили следы на камнях.
— Ты уверен? — переспросил сержант.
— Я не сказал, что там пещера шамана, — предупредил Самум. — Я только сказал, что люди там часто проходили. Может, местные аборигены в расщелине на время охоты сортир устраивали и, кроме их дерьма, ничего в ней нет. Кто знает.
— На кого тут охотиться? — усмехнулся сержант.
— Почем я знаю? На змей горных. Или целебные камни и травы собирать. Да мало ли причин в горы лезть? — ответил Тинмагомед со смехом, словно рассказывал веселую историю или анекдот.
Все немедленно же заулыбались, и Малыш, откинувшись на локте, смог бросить взгляд на тот самый валун, который сейчас обсуждали. Совершенно обычный валун. И никаких расщелин и отпечатков ладоней...
— Хорошо, — кивнул Макфлай. — Сделаем так. Возьмешь с собой Малыша. Пойдете как бы посмотреть, что там эти недоумки делают. А на самом деле дождетесь, когда мы уйдем дальше, и проверите валун. В случае отрицательного ответа догоните нас. Ну а если там что-то стоящее, маякнете мне по переговорному. Частота наша рабочая. А я разберусь.
Макфлай поднялся на ноги и, обращаясь к командиру группы имперцев, уточнил:
— Ну что, господа, не пора ли нам трогаться в путь? А то темнеть скоро начнет. А поиски проходов в ночном ущелье неблагодарная работа.
— Согласен, — кивнул тот, и его солдаты мгновенно вскочили со своих мест. — Мы и днем-то пока не слишком результативны.
— Надежда умирает последней, — пожал плечами Макфлай и повернулся к своим бойцам. — Самум и Малыш, проверите продвижение противника, а потом догоните нас. Что-то слишком долго тишина звучит. Гунн и Упырь, возьмите Лома. Вперед!
Майкл проводил взглядом уходящую за ближайший поворот ущелья смешанную группу, а затем демонстративно поспешил следом за Руми в обратную сторону. Оказавшись за скальным выступом, они присели, выжидая время. Дав группе десять минут, диверсанты вернулись к месту привала. Самум, не задерживаясь, юркнул за валун. Секунду спустя Малыш последовал за ним.
Между валуном, выпукло-округлым снаружи, но вогнутым со стороны скалы, легко проходил взрослый человек. Правда, изгиб скалы в этом месте был таким, что руки так и тянулись опереться о скальный выступ.
За валуном, как и предсказывал Самум, скальная трещина превращалась в подобие пещеры. Словно слегка раздвинутый снизу полог палатки вдруг превратился в камень. Но даже для такого гиганта, как Малыш, проход был вполне свободным. Стараясь не отстать от товарища, Майкл торопливо пролез в темноту пещеры. Он слышал поступь идущего впереди Самума, который, скорее всего, специально для него не старался идти тише. Ориентируясь на эти слабые звуки и касаясь слегка раздавшихся стенок пещеры кончиками обеих разведенных рук, Малыш довольно быстро продвигался вперед. Пол шел ровно не более десятка метров. Потом начался пологий подъем. Они прошли еще метров тридцать по этому темному тоннелю, и вдруг Самум встал.
— Что? — зашептал Майкл.
— Человеком пахнет, — ответил тот. — Жильем.
