— Лучше, чем могло быть, — слабо улыбнулась Чернова, прикрыв один глаз от яркой вывески, промелькнувшей мимо её окна.
— Там на проходной что — то странное сегодня было, — вдруг вспомнив, проговорил Костя, и по шуму на фоне Веста поняла, что тот собирается.
— Что странное? — насторожилась Чернова, повернув голову к другу.
— После обеда кажется, позвонила охрана снизу и сообщила, что какой — то странный тип пытался пройти в крыло для сотрудников без пропуска, названной фамилии в списках не оказалось. Его, конечно, не пустили, а я не дозвонился до Павла Валентиновича.
— Интересненько, — протянула Чернова, вздернув бровь, — Больше ничего странного не было?
— Да нет вроде, — выдохнул парень на том конце связи, — Ну все, я все закрыл, почти ушел.
— До завтра, Кость, — бросила девушка и получив такую же вежливую ответку, завершила вызов.
— Что там? — тут же спросил Павел.
— Кто — то пытался проникнуть в служебные помещения без документов, — коротко выдала не очень приятную новость Веста, погасив экран и уронив руку с телефоном на колени.
— Всё чудесатее и чудесатее, — вздохнул мужчина, — Вроде бы давно не девяностые, но я начинаю подозревать злой умысел…
— После звонка Заболоцкого я уже не знаю, что думать, — подхватила мысль девушка, отсчитывая в уме секунды на светофоре.
— Ты ему веришь? — полюбопытствовал друг.
— Он был убедителен, — пожала плечами Чернова.
— Ве-е-ест…
— Наверное да, — спрятав улыбку, отвернувшись, ответила девушка.
Павел ничего не ответил, только вздох послышался тяжелый и совсем тихий незлобный смешок.
То ли день пролетел незаметно, то ли тяжелые тучи заслонили закат, но Черновой показалось, что стемнело слишком быстро. Звезд с освещенной автомагистрали видно не было, как и месяца, но зато витающий в воздухе запах скорого дождя указывал на то, что черный купол над ними — ничто иное, как страшные грозовые тучи.
— Знаешь что? — спросил вдруг Павел и круто развернулся на дороге в обратную сторону.
— Что? — удивленно переспросила Чернова, вцепившись рукой в сидение от резкого наклона.
— К черту твою машину, поедем ко мне, — заявил друг, стягивая с шеи проклятый галстук, который так нравился Карине и совершенно не нравился Павлу, зачем только надел не понятно.
— Резкие перемены в твоем настроении как — то связанны с тем, что на работе тебя ждет недоделанный отчет? — усмехнулась Чернова и под осуждающим взглядом друга подняла пустые ладони, — Ладно — ладно, я поняла, молчу.
Жилище лучшего друга разительно отличалось от квартиры самой Весты. Или лучше сказать, что с появлением Карины оно преобразилось до неузнаваемости. Все эти новомодные дизайнерские штучки Черновой были непонятны, но она молчала. Да что там… эти модные писки и Павлу были непонятны, но он тоже молчал, решив, что женщине лучше знать, где, что и как должно висеть, стоять и падать, а падало регулярно и спасибо, что не на голову. Когда мужчине впервые под ноги свалилась стремная, будто небрежно облапанная грязными руками статуэтка ангела, он спросил, что это, но в ответ были дрожащие слезинки в глазах девушки и Павел решил хрен с ним, пусть падает. Спасибо не кирпич.
Напротив входной двери дизайнер — самоучка впихнула зеркальные панели. Так что, войдя в квартиру, Веста смогла в деталях рассмотреть свое помятое лицо и лохматый хвостик на затылке. Павел, впрочем, выглядел не лучше.
Справа от двери закряхтели, заворчали и тихое жужжание пошло по полу. Стягивая пиджак, Чернова покосилась на ползающую по полу огромную светящуюся таблетку и негромко устало бросила:
— Привет, Валера.
«Валера», будто её услышав, резко сменил направление и пополз по коридору подальше от гостя.
— До сих пор думаю, что лучше бы кота завели, — вздохнул Павел, сбросив обувь на коврике у входа, — Как дурак по утрам с бездушной машиной разговариваю, он там что — то кряхтит, ползает…
— Ну, ты и до этого с кофеваркой разговаривал, — усмехнулась Чернова, вваливаясь на просторную кухню, такую же модную и яркую.
— Кофеварка — друг, — важно заявил хозяин квартиры, направившись в спальню, — Господи, как я хочу жрать.
— Я тоже, — отозвалась девушка, открыв холодильник.
На полупустых полках отыскалась ветчина и сыр, а это уже что — то. Кофеварка зашумела, делая поздний кофе, досточка отыскалась в шкафу для тарелок и огромный керамический нож в выдвижном ящике. Положив разблокированный телефон с открытым мессенджером рядом с доской, она переложила крупный кусок ветчины на нее и принялась нарезать тонкими ломтиками, изредка бросая взгляд на огромный список непрочитанных сообщений.
— Я уже чую великолепные запахи, — в кухню ввалился друг в шортах и майке — таким его было видеть куда привычнее еще с детства, Павел совершенно не менялся, но казался уютнее в простых домашних шмотках.
— Это потому, что мы даже не завтракали, — вздохнула Веста, отправив нарезки в тарелку и взялась за хлеб не первой, но съедобной свежести.
Две ароматные кружки уже стояли на столе, когда друзья сели за стол, водрузив на середину огромное блюдо с горой бутербродов.
