Выехав со стоянки, Веста только сейчас заметила мелкий холодный дождь, царивший на улицах, видимо, уже несколько часов.
Пешеходы забивались под остановками, движение на дороге было трудным и медленным. То и дело слышались недовольные сигналы спешащих водителей и в этой неуютной обстановке быстро разболелась голова.
Для их города это было почти немыслимо, но добралась Чернова до нужного адреса только к половине шестого, надеясь на то, что её вообще дождались. Она не уточнила часы работы временного офиса и теперь жалела.
Как ни странно, но на проходной встретили с улыбкой и вежливо сообщили, что таки да, её ждёт специалист на таком — то этаже и в таком — то кабинете, куда Чернова и направилась, отыскав глазами лифт. Хотелось побыстрее разобраться с этим и пораньше уехать домой — погода давила на виски, она чувствовала себя простуженной и желание забиться под одеяло с кружкой чая росло с каждой минутой.
На нужном этаже оказалось пугающе — тихо. Затемненное стекло пустующих кабинетов окружало просторный коридор и добравшись до поворота, Веста растерялась — три одинаковые двери и ни на одном нет хотябы таблички.
Чёрт его знает, сколько бы она так еще простояла, если бы та, что по середине не распахнулась, являя Заболоцкого собственной персоной. Вот так встреча, какая неожиданность — пронеслось в голове противненьким ехидным голосом.
— А вот тебя — то я и жду, — улыбнулся мужчина, опустив какие — то документы, что ранее он изучал на ходу, — Проходи, — Игорь распахнул широко дверь.
— Павел сегодня не смог, — сообщила зачем — то Веста, пройдя в кабинет и право слово, Игорь ни чуточки не расстроился, увидев вместо вышеупомянутого своё персональное помешательство.
— Кофе? — предложил мужчина.
— В другой раз, — отозвалась Чернова, — Что со статистикой?
— Оправдывает наши лучшие ожидания, — воодушевленно поделился Игорь, подхватив со стола папку и протянул девушке.
Пробегаясь по тексту глазами, она не могла не отметить, что Заболоцкий прав, показатель довольно оптимистичны для данного этапа сотрудничества. Опустившись в кресло для гостей, Чернова внимательно изучала документы с приятной мыслью на периферии о том, что Паша будет очень рад узнать о маленьком, но успехе. Им всем сейчас не хватало хороших новостей.
— Впечатляет, — наконец отозвалась Веста и оторвавшись от документов, подняла глаза на Заболоцкого, да так и замерла под его внимательным, необычайно тёплым взглядом.
— Какие — то вопросы? — поинтересовался мужчина отчего — то низким голосом… С чего бы? Точно низким — ведь обычно интонации собеседника не отдаются в нижней части живота приятным теплом, правда ведь?
— Есть один, — как под гипнозом протянула Веста, неотрывно смотря в глаза приближающегося и нависшего над ней мужчины, — На этаже кто — то ещё есть?
— Нет, — резко выдохнул в её губы Игорь и накрыл их своими. Горячими, властными, жадными, требовательными… Желанными. Тело скрутило таким сильным желанием, как оголодавшего зверя, как жажда измученного путника.
И так мало всего стало: мало касаний, мало тепла и мало самого Игоря. Кажется, их одолевали ровно одинаковые потребности, потому что мужчина, опустившись коленом на пол перед сидящей в гостевом кресле Вестой, скользнул по её бедрам, обтянутым тонким капроном горячими ладонями, задирая узкую юбку к поясу и развёл её колени в стороны, протискиваясь между ними.
Глава 8
Игорь может думать только о том, что обнажённая Веста на его столе лишь с забытой на плечах небрежно свисающей рубашкой — само очарования. Он бы её запечатлел на телефон и любовался всю оставшуюся жизнь. Накрыло обоих, будто с головой нырнули. В друг друга.
Чернова упорно борется с его рубашкой отчего — то непослушными и холодными пальцами, всё больше гладит по груди и последние две пуговицы просто отлетают куда — то на пол, мужчина слышит тихий звонкий стук по полу и ему восхитительно плевать на них.
Длинные крепкие пальцы сжимают тощее бледное бедро, и мужчина жадно давится её тихим не то вздохом, не то хрипом.
А Весте хочется сильнее, хочется больше и ярче. Веста выгибает спину и дёргает за волосы, сжимая Игоря коленями и локтями сильнее.
Втягивает его верхнюю губу в рот и, прикусив, зализывает, обводит несколько раз языком, и Заболоцкий медленно сходит с ума. Лапает везде, где хочется и, скользнув ладонью между её раздвинутых коленей, по бёдрам, теплая рука ложится на промежность, вдавливая пальцами тонкую ткань между мягких половых губ и нежно трет, пока не почувствует влагу, пока сама Веста водит по его груди пальцами и стаскивает с плеч натянувшуюся на лопатках рубашку, но плюёт на неё и оставляет приспущенной. Не мешает и чёрт с ней. Оглаживает шею и скользил пальцами на спину, до куда дотягивается.
