Она проводила меня до дороги и, пожелав добрых снов, поспешила к дочке.
Арделл не вернулся тем вечером, не было его и весь следующий день. Я ждала и не находила себе места от неизвестности и беспокойства. Воображение рисовало мне жуткие картины того, как на Арделла нападают беспощадные эрфы или свора свирепых псов настигает его… Как же ругала я себя за то, что не додумалась записать номер его телефона!
Все это время я переживала в одиночестве, и, не желая выглядеть надоедливой, предпочитала не беспокоить Бертенов. Но двух дней волнения и бесполезного ожидания хватило мне для того, чтобы избавиться от излишней скромности и снова собраться в гости к соседям. Я надеялась, что этот визит положит конец моим терзаниям, ведь кто, как не они могли знать о причине задержки Арделла.
В полдень третьего дня я подошла к воротам соседей и нетерпеливо нажала на кнопку звонка. А потом еще раз. И еще. В ожидании, я нервно теребила прядь волос и постукивала носком туфли железные ворота. Шли минуты, но мне никто не открывал. Во дворе было тихо. Так и не получив ответа я была вынуждена уйти, решив вернуться позже.
Я повторяла попытки встретиться с Бертенами до позднего вечера, но все они кончались одинаково безуспешно. Никого по-прежнему не было дома.
Я провела еще одну беспокойную ночь и ранним утром, уже не заботясь о приличиях, вновь отправилась к соседскому дому.
Не успела я подойти, как неприступная калитка неожиданно распахнулась, и со двора Бертенов вышел незнакомый парень в растянутой футболке и грязных шортах. Не обращая на меня никакого внимания, он деловито достал ключ из кармана, запер ворота и шагнул к мотороллеру, стоявшему на тротуаре. Я бросилась к нему и, забыв поздороваться, задала довольно невежливый вопрос:
— Вы кто?
Парень удивленно посмотрел на меня, озадаченно потер кулаком смуглую щеку и с жутким акцентом ответил:
— Алфару, садовник. А вы?
— Значит, Лорейн дома? — обрадовалась я, не ответив, и, не теряя времени, потянулась к звонку на заборе.
— Не-ет, — протянул Алфару. — Мадам сказала поливать цветы через день. Я прихожу по утрам, пока не жарко. Розы могут…
— А где же хозяева?! — перебила я, останавливая его жестом.
— Уехали в отпуск.
— Что?! — ошарашено переспросила я.
— Уехали в отпуск, — повторил парень, старательно артикулируя.
— Когда?
Алфару поскреб ногтем кончик носа и, подумав, ответил:
— В среду. А вы кто? — снова поинтересовался он и вновь не дождался ответа.
Я рассеянно развела руками и, развернувшись, медленно пошла к дому Валери. Позади раздался треск мотороллера, и, обгоняя меня, Алфреду помахал мне рукой, сверкнув белозубой улыбкой.
Я была в смятении. Получается, Бертены отправились в запланированную поездку, и Лорейн не сочла нужным сказать мне об этом, когда мы вместе провели половину вторника. Мне казалось это весьма странным. Конечно, я не считала, что соседи должны были отчитываться передо мной, но в ситуации, в которой мы все оказались, это было бы правильным. А, может быть, и Арделл, так же как и его друзья, уехал отдыхать? Теперь мне представлялось возможным и это.
Меня вдруг стали одолевать сомнения, и чем больше я думала об этом, тем очевиднее казалась мне мысль о том, что меня обманули. История с эльфами и королевой, потерявшей медальон, теперь выглядела просто смешной и абсурдной, и я удивлялась, как вообще можно было поверить в подобные сказки? Какой же глупой и наивной я была! Как легко позволила очаровать себя и всерьез выслушивать небылицы! Понимая все это, я чувствовала себя самой последней идиоткой в мире, над которой, конечно же, теперь стоит только смеяться.
Мне было больно. Гораздо больнее, чем в ту злополучную ночь, когда я только заподозрила предательство и обман. И дело было вовсе не в потере медальона. У мамы осталось еще много украшений, и я могла носить любое из них. Гораздо мучительнее для меня было разочароваться в Арделле. Я твердила себе, что обманулась в нем, но сердце, тем не менее, отказывалось верить и в отместку болело. Я бесконечно спорила сама с собою: то оправдывала прекрасного эльфа, то считала его искусным обманщиком. Но ведь Арделл неведомым образом включал музыку и чайник, заживил мою рану, а Лорейн смогла узнать мои мысли! Что это, если не доказательства их необычной сущности? Но тогда почему, получив медальон, они все просто исчезли? Разве это недостаточный повод для того, чтобы сомневаться в их честности и бескорыстности? Я больше не верила в то, что Арделл вернется, но в то же время не хотела покидать дом, боясь пропустить его приход. Запутавшись вконец, я совсем не знала, как мне быть.
