Его непроницаемое лицо показалось в окошке, и он строго предупредил:
— Если вы не успокоитесь, я буду вынужден вызвать полицию.
Угроза подействовала на меня, и я отошла в сторону, перебирая в уме все возможные варианты проникновения на элитную территорию. Обойдя квартал, я убедилась, что по всему периметру возвышается надежное ограждение, преодолеть которое не представлялось возможным. Поникшая, я вернулась к шлагбауму, решив караулить Элен у въезда. Ничего лучшего придумать не удалось.
До темноты я слонялась вдоль забора, встречая и провожая каждую машину, что появлялась у шлагбаума. Большинство из них были затонированы, и я не могла рассмотреть никого, кто находился в них. К такому повороту я была не готова, и отчаяние, возрастающее во мне с каждым безрезультатным часом, лишало меня остатков решимости.
К моему сожалению, вечером охрана сменилась. А я-то наивно полагала, что ночью вход останется без присмотра! Новый охранник выглядел гораздо суровее, чем первый, и подходить к нему не имело смысла, тем более что сменившийся страж, кивнув на меня, предупредил его о скрытой угрозе в моем лице.
Я стойко выдержала еще час, но ничего не добилась, и, в конце концов, отправилась на поиски ближайшей гостиницы. Расплатившись карточкой Арделла, я сняла самый дешевый номер, где кое-как скоротала очередную ночь. Уже засветло я снова приступила к своему дежурству у ненавистного шлагбаума. Утром эстафетный кивок в мою сторону принял следующий охранник. Я гордо отвернулась, заметив это, но к полудню все-таки подошла к окошку и обратилась к очередному стражу:
— Вы не могли бы сказать мне, когда будет проезжать Милен Фор?
— Конечно, нет. — Мой вопрос его даже не удивил.
— Скажите хотя бы, какая у нее машина! — взмолилась я, но вместо ответа встретила лишь равнодушный взгляд. — Тогда, может быть, вы согласитесь передать ей записку?
— Разумеется, нет, — раздраженно ответил он. — Она не общается здесь с поклонниками, поэтому вы напрасно ждете.
— Я не поэтому здесь! — Всем своим видом я пыталась его убедить в этом, но, конечно, мужчина мне не поверил.
От безысходности я готова была расплакаться тут же, посреди Парижа, прямо перед этим бдительным охранником. Но неожиданно в моей сумочке зазвучала песня Элен, установленная мною на звонок телефона. Услышав ее, охранник усмехнулся и, тряся головой, как баран, захлопнул окошко перед моим носом. Когда в трубке раздался голос Валери, я перестала дышать, ожидая известий о ее соседях, но, к сожалению, она звонила лишь для того, чтобы узнать, чего добилась я, приехав по нужному адресу.
— Я же говорила, что это бесполезно! — напомнила Валери, узнав о моих нулевых результатах. — Если так волнуешься, обратись в полицию, Эмма!
Я пообещала подумать об этом и поспешила закончить разговор, заметив у шлагбаума новые лица. Это были вертлявый парень с фотоаппаратом на шее и две девушки с ярким плакатом, на котором красовалось имя Милен в обрамлении десятков сердец. Девчонки держали свой плакат с двух сторон и без конца хихикали, слушая монолог парня. Понаблюдав за ними некоторое время, я решилась подойти к этой веселой троице, надеясь, что смогу узнать что-нибудь полезное для себя.
— Привет! Вы ждете Милен? Я тоже. Она классная! — Я, как могла, пыталась соответствовать им, чтобы завязать разговор.
— Она просто супер! — с горящими глазами воскликнула одна из девчонок. — Ты уже видела ее?
Я с сожалением покачала головой, и фотограф поинтересовался:
— Ты давно здесь стоишь?
— Второй день, — призналась я со вздохом. — А вы знаете ее машину?
— Конечно! — Парень подмигнул мне по-дружески и протянул руку: — Николя.
— Эмма, — кивнула я, мысленно поблагодарив небеса за эту встречу. — Ты надеешься ее сфотографировать?
— О, это была бы большая удача, но не думаю, что наш плакат растрогает ее настолько, что она выйдет к нам.
— Тогда зачем вы здесь?
— А ты зачем? — спросила меня девушка с горящими глазами и сама же ответила: — Увидеть ее хотя бы мельком — уже счастье, разве не так?!
— Конечно, — согласилась я, не раздумывая.
— Милен приедет, в конце концов! Наберитесь терпения, девочки, — посоветовал Николя, прикуривая сигарету. С терпением у меня было уже совсем плохо…
Начинало темнеть. Похоже, девушки устали держать свой плакат, они больше не хихикали и все больше скучали. Николя сидел на бордюре тротуара и без конца курил, я же, прислонясь спиной к забору, вела мысленный отсчет каждой прожитой напрасно минуте, мучаясь от того, что до сих пор не сделала ничего, чтобы помочь пропавшим эльфам.
Шлагбаум поднялся перед очередной подъехавшей машиной. Заметив равнодушный взгляд Николя, брошенный на нее, я, тяжело вздохнула, в который раз честя себя за то, что постеснялась попросить у Элен номер ее телефона.
— Эмма? — Чей-то удивленный возглас прервал мое внутреннее самобичевание, и я растерянно подняла голову.
Из открытого окна подъехавшей машины на меня смотрел изумленный Филипп. Не веря своим глазам, пару секунд я ошарашено пялилась на него, а потом, очнувшись, со всех ног кинулась к нему. Филипп, торопясь, неуклюже вышел из машины.
