Убийство на квесте «Школа танцев» с раннего утра трепали в новостях и обсуждали в интернете. Я не стал забивать себе голову домыслами и доморощенными расследованиями журналистов. Поручил Римке вытащить из открытых источников максимум полезного. А сам извлек из домашнего бара бутылку французского «экстра олд» – выдержка больше шести лет – и заказал столик в ресторане «Барашка» поблизости от Петровки (название пушистое, но цены кусались по-волчьи).
– Обязательно чек принеси, – напутствовала Римма.
Хотя мы никогда не предъявляли клиентам счетов из питейных заведений, учет расходов она вела скрупулезный.
Впрочем, надо отдать должное моему другу. Давно замечено: Саня заказывает дорогущую ножку ягненка, лишь когда готовится дать мне эксклюзив. Но сегодня он попросил только пару кутабов и бакинские пельмени.
Я сразу насторожился:
– Что? Ольга чистосердечное написала?
Саня вздохнул:
– Нет. Но два дня подержим, конечно.
– А что против нее вообще есть?
Саня отрезал добрую половину кутабчика и одним махом метнул себе в рот.
– Я тебе сейчас видео скину. С их компа. – Он прикончил кутаб, вытер руки, предупредил:
– Только не свети нигде.
И продолжил закусывать.
Видеофайл всего на сорок секунд.
Качество – ниже плинтуса, как всегда бывает при съемках в темноте. Девушка,
Я просмотрел запись. Вернулся к началу. Максимально увеличил оружие. Но сколько ни щурил глаза, не мог определить: ствол ли это для пейнтбола, боевая винтовка или вообще пластмассовая игрушка.
Ольга не вскидывала оружие, не целилась – просто шла.
– Только на этот тухлом основании задержали? – дивился я.
– Еще ее Хафизова видела.
– Это вряд ли! В лабиринте – темнота. А Хафизова куда-то в закуток забилась и дрожала от страха. Как она могла оттуда разглядеть?
– Польская мимо нее продефилировала. А туалетная вода у нее характерная, не помню название. В протоколе допроса есть.
– Отлично. Определяем убийц по запаху. Скоро начнем собак в свидетели привлекать.
Саня препираться не стал. Принялся разделывать второй кутаб. Добродушно молвил:
– Ничего. Польской полезно. Посидит, подумает. Осознает: наркотики – это вредно. А баловаться под этим делом с оружием – еще вреднее.
– Ольга – наркоманка?
– Экспресс-анализ показал: в крови марафин[9]. В лошадиной дозе. Знаешь такую веселящую штуку? В клубах молодежь балуется.
– Она сама его приняла?
– Клянется, что нет. Подсыпали враги, – хмыкнул Саня, – но кто конкретно – не знает. И в кого стреляла, из какого оружия – тоже не знает. Интересно, да?
– А отпечатки?
Перепелкин с удовольствием взялся за очередной кутаб, а мне велел – с противными снисходительными нотками в голосе:
– Я поем пока, а ты еще раз видео посмотри. Только как опер. Внимательно и без эмоций.
Я послушно нажал на «play».
Пришлось признать: слегка ослаб на вольных хлебах мой нюх. В первый раз даже внимания не обратил, что кисти Ольги обтянуты черными латексными перчатками. Хотя на том квесте – когда мы сами то спасались от балерины, то ей помогали – никаких перчаток она не носила.
– Ничего не понимаю, – пробормотал я.
– Ольга утверждает: она не хотела портить маникюр. Потому что мыла пол, – хищно улыбнулся Перепелкин.
– Мыла пол во время квеста? Зачем?
Саня закатил глаза:
– Ты не догадываешься, какой ответ? Она не помнит.
М-да. Даже если не убивала, дел наворотила по самое не могу.
– А что по оружию?
– О, этого добра изъяли достаточно. Целых
– Это который копия дробовика «Итака»?
– Да. Создала его та же компания, что оружие для пейнтбола производит – Real Action Paintball, – Саня не без труда, но с гордостью выговорил английские слова. – Интересная штука. Чем угодно можно зарядить. Если резиновыми шариками – получается отличная травматика. Специальным порошком – тогда на выходе слезоточивый газ. Можно дробью – по грызунам стрелять. А в нашем случае шарики были керамические. И палили почти в упор. Поэтому и результат настолько плачевный.
– Отпечатки есть?
– На одном из пейнтбольных – только Романа Воскобоева. Второй, которым клиенты пользовались, весь залапан. Самые свежие пальчики – принадлежат покойному. Руслану Пономареву. Зато два остальных – чисты, как слеза. И тот, что игрушечный. И настоящий.
– Странно. Что настоящий ствол чист – логично. Но пейнтбольный-то – который запасной? Ладно, в ту ночь Ольга была в перчатках. Но неужели его раньше не трогали? Не рассматривали? Не переносили с места на место?
– «Пальцев» нет вообще. Винтовка протерта, и очень тщательно.
– А где вы нашли оружие?
– Одну винтовку Роман отдал. Вторая игровая и RAP68 рядом с телом лежали. А еще одна пейнтбольная – та, что без отпечатков – в лабиринте валялась.
– Ну… похоже, Ольга ее и бросила там.
– Но этого она тоже не помнит, – усмехнулся Саня.
– Она придет в себя и вспомнит, – не очень уверенно предположил я.
