Любить, бояться, убивать полностью

– Или придумает, – подхватил Перепелкин. И поинтересовался: – Тебя кто нанял-то?

– Роман. Но первой звонила Ольга.

– Так-так, – заинтересовался Перепелкин. – И что сказала?

– Истерила. Просила спасти. Говорила с трудом. Мне тоже показалось: пьяная или под кайфом.

Саня прищурился:

– Это, что ли, та самая Ольга, которую весной в речке топили?

– Да.

– Странная женщина. Я бы на ее месте в ваше агентство больше не совался,[10] – хрюкнул Саня.

– Нет, она нас любит. Даже на свой квест приглашала, – улыбнулся я. – Мы с Риммой были. Пару недель назад.

– Да ладно!

– Честное-благородное. Так что могу тебя проконсультировать.

– Давай, – с удовольствием согласился Перепелкин, – под десерт.

Он заказал огромный кусище макового торта. Я обошелся кофе и принялся короткими, но яркими штрихами описывать сюжет «Школы танцев».

Саня выслушал очень внимательно. Задумчиво изрек:

– Сколько, говоришь, там винтовок?

– По сценарию – две. Одна у Романа, вторую клиент находит. В животе у манекена. Ну, и еще имеется запасная – это я вчера у Воскобоева выяснил. Хранится в кладовке. Она заперта, но ключ в открытом доступе. У персонала своя каморка для отдыха, там он и висит. Себя снимать им резона нет, камер в комнатухе не имеется. С этой запасной винтовкой, похоже, Ольга и бегала. Но вот сама ли взяла? Или дал кто?

– Мне куда интереснее: откуда боевой ствол взялся?

– А что остальные сотрудники говорят?

– Не знают, не ведают.

– На видео больше ничего интересного?

Перепелкин поморщился:

– В 22.47, как раз в момент убийства, одна из камер – та, что на лабиринт нацелена, – выключилась. И не работала до двадцати трех ноль-ноль. Жирный админ клянется: проблема техническая. Но глаза бегали. И губы облизывал. Так что еще будем его трясти.

– А что соседи?

– Не видели, не слышали. Все, как обычно.

– А покойный – что за человек?

– Футболист незадавшийся. Когда-то надежды подавал, но не пошло. Закончил институт физкультуры, работал тренером детским. В свободное время по перфомансам ходил. Состоял в команде «Квестоведы». Характер вздорный, на работе характеризуется отрицательно, с родителями учеников конфликтовал. Исходя из психпортрета, мог с кем-то из «Школы танцев» раньше встречаться и повздорить. А с ним теперь посчитались. Красиво. В стиле «хоррор».

– Ольга в эту индустрию совсем недавно пришла.

– Зато она актриса. И режиссер. Умеет выстроить мизансцену, – парировал Перепелкин.

Я вздохнул:

– Что за должность «квестовед»?

– Да просто слово красивое. Новинки тестируют, рецензии пишут, составляют обзоры. Но денег им за это не платят – чистый энтузиазм. Максимум, что дают, – купоны на скидки.

– Хороша команда! Хафизова рыдала, умоляла выпустить ее…

– Хафизова не в команде, – назидательно молвил Саня, – она сожительница. И на квест покойный взял ее с собой впервые.

– А зачем пошла, если такая трусиха?

– В интернетах пишут: чем страшнее на перфомансе, тем лучше потом в кровати. Чего рот раскрыл? Она сама так сказала. Поэтому и решилась сходить.

Больше ничего по делу Саня мне не поведал.

Но из «Барашка» я вышел приободренным. Вряд ли суд примет решение об аресте гражданки Польской. Сегодня, максимум завтра ее отпустят. Полицейские не дураки, понимают: построение из перчаток вкупе с туалетной водой и невнятной винтовкой на видео любой адвокат в пух и прах разобьет.

Костя Пирожников на перфомансах работал давно и прекрасно успел усвоить: нормальных людей здесь мало. Операторы или администраторы без тараканов в башке еще попадались, но актеры – все, по определению, сумасшедшие. Но оно и правильно. Если скучный и неумелый обыватель возьмется играть маньяка, перфоманс обязательно прогорит. Хитрость не в том, чтоб обрядиться в балахон со страшной маской и клиента цепью хлестать. Талантливому артисту достаточно просто встать рядом – а игрок уже от страха трясется. И потом восторженные отзывы пишет.

Но таланты – возьми хоть Достоевского, хоть Высоцкого – всегда «с приветом».

Костя знал, что и сам не в полном порядке. У него даже официальный диагноз имелся: «обсессивно-компульсивное расстройство». На учет с ним не ставили (да он к психиатрам и не ходил), но про заморочки свои на всякий случай никому не рассказывал. А со стороны не видно: что ел Костя исключительно четное количество сушек или печенек. И жевать всегда начинал с левой стороны рта. И когда пил воду – делал строго двенадцать глотков.

Еще одну навязчивую идею – постоянно мыть руки и снимать с одежды ворсинки-пылинки – к счастью, получилось изжить. Иначе не смог бы работать на квестах, где вечно пыль-грязь.

Рому Воскобоева Константин знал давно и пошел работать на его «Школу танцев» без раздумий. Сценарий яркий, декорации крутые. И люди понимающие. Ольга абсолютно не возражала, что к станку Костик всегда стоял только левым боком. А Роман только радовался, когда после каждого сеанса Костя тщательно и брезгливо выуживал из бочки волоски балерины.