— Сегодня я буду ночевать у тебя, в твоей спальне, не против?
Анна слегка отстранилась и глядя ему в глаза, с улыбкой произнесла:
— Знаешь, я всегда об этом мечтала!
— Папааааа!
— Давай, малыш, беги, я тебя ловлю!
Мой сыночек мчался по горячему песку навстречу своему отцу, который с легкостью его подхватил и высоко поднял на вытянутых руках. Тёма заливисто хохотал, нисколько не страшась высоты.
— Finish! Very good! — широко улыбаясь, местный смуглый фотограф показал палец вверх.
— Ох, и утомила меня эта фотосессия, — сказала я мужу, целуя его в губы.
— Скоро я сам тааак тебя утомлю! — прошептал он, заговорчески подмигивая, и незаметно хлопая меня рукой по попе.
Я смутилась, чувствуя как жаркой волной меня охватывает возбуждение. Сегодняшний вечер мы решили провести только вдвоём, оставив Тёму с няней до утра. Пришлось даже подкупить его обещанием завести собачку, — сын ни в какую не хотел спать отдельно от нас, — благо, широченная кровать пятизвёздночного доминиканского отеля это позволяла.
Моя подруга ошиблась. Мы не стали закатывать пышное торжество, решив обойтись выездной регистрацией и ужином только с самым близким окружением. От девичника я тоже отказалась, к неудовольствию Лены и к огромному удовольствию жениха.
Олег настоял, чтобы я непременно заказала себе белый наряд невесты. Я не стала возражать, и выбрала прелестное облегающее гипюровое платье с открытой спиной, а вместо фаты, вплела в волосы красивый белый венок.
Моё сердце разрывалось от невыносимого счастья, когда глядя друг другу в глаза, мы произносили клятву любви.
Олег смотрел на меня сияющими глазами, и, слегка волнуясь, в самом конце, добавил:
— Теперь, ты — моя. Только моя. Всегда моя.
Ей — 33, она — независимая женщина, не отказывающая себе ни в чём; мужчины для неё — лишь способ получения желаемого, а любовь — давно умершее чувство. Ему — 25, он — богатый парень; женщины для него — лишь способ получения желаемого, а любовь — неизвестное чувство. Она забыла, что такое любить. Он не знает, что такое любить. Но всё начнёт меняться, когда эти двое встретятся.
Елена проснулась в роскошном гостиничном люксе. Взглянула на часы — почти десять утра. Из ванной комнаты доносился звук льющейся воды и протяжное мужское пение. Лена поморщилась. Она так надеялась, что тот, кто сейчас пытался изображать из себя Адриано Челентано, давным — давно свалил из номера, но видимо, ей опять придётся притворятся страстной ненасытной амазонкой. Нет, она любила секс, очень любила, и мужик был в её вкусе: около пятидесяти, успешный, щедрый, а лёгкая погрешность в виде небольшого брюшка и обручального кольца — никогда не являлось для неё помехой. Но вот его странные сексуальные предпочтения... В принципе, это была проблема многих богатых возрастных мужиков — обычный секс их мало заводил. Елена всегда с искренним сочувствием относилась к проституткам и эскортницам — каких только извращуг им не приходится терпеть! Хорошо, что она была достаточно независима, и могла сама выбирать с кем, как и когда. Но этот военный министр так вчера разошёлся от кокса, алкоголя и виагры, что ей ещё долго придётся ходить с синяками. Она покосилась на валяющуюся на полу плётку. Притащил же, гад такой! Видимо, пришло время сворачивать отношения, — она и так уже получила от него всё, что хотела.
Мужчина вышел из ванной, прошёл в спальню и, распахнув белый махровый халат, с деланной страстью в голосе, произнёс:
— Доброе утро, рыжуля! Поздоровайся с адмиралом Нельсоном! Пять минут — и он будет в полной боевой готовности!
Про пять минут Елена, конечно, сильно сомневалась. Адмирал Нельсон вяло болтался, словно проиграл битву в грандиозном морском сражении и, глядя на эту отнюдь не вдохновляющую картину, а также на красное распаренное лицо уже бывшего любовника, ей хотелось расхохотаться в голос, но она сдержалась, решив ему подыграть:
— О, мой адмирал! Я с нетерпением жду твоей команды!
Министр скинул халат на пол, и встав коленями на край кровати, пополз к ней, издавая гортанно — рычащие звуки. Елена изо всех сил сдерживала смех, готовый в любую секунду вырваться наружу.
Мужчина отбросил одеяло в сторону, и схватив её за лодыжку, притянул к себе. Навалившись сверху, он зашептал ей в ухо, тяжело дыша:
— Я хочу чтобы ты оттрахала себя сигарой, а потом, этой же сигарой оттрахала мой анус.
Елену передёрнуло, но томно закатив глаза, также шёпотом ответила:
— Как скажете, мой адмирал!
Трель телефонного звонка разорвала тишину, и грязно выругавшись, мужчина перекатился в сторону. Протянув руку к телефону, он ответил на звонок.
