— Ух ты. Угрожаете мне? — усмехнулся доктор Уэстман. — Я как раз собирался вас выписать, Деми. Ваш отец уже сделал всё, чтобы задержать процесс, но вы можете идти.
Я схватила свою спортивную сумку, готовая выйти из больницы, но он поднял руку, чтобы меня остановить:
— Но никаких полётов. На этот раз выбираем колёса.
Бринкли взглянула на телефон.
— У нас есть время. Похоже, нас ждёт дорожное приключение.
— Дайте Мегги пять минут, чтобы подготовить документы. Она так же нетерпелива, как и вы, так что будет быстро.
— Спасибо, — сказала я, собирая свои вещи и готовясь к выходу.
Мегги уже неслась за угол с подготовленными бумагами. Я быстро всё подписала, крепко её обняла, и она пообещала прийти в кофейню на следующей неделе.
Мы втроём направились к выходу из больницы, а Бринкли заверила нас, что у нас будет достаточно времени, если не попадём в пробки. Но в пятничный вечер в Лас-Вегасе всегда было многолюдно, так что я спешила скорее выехать.
Мы договорились никому не говорить — ни Ромео, ни Линкольну, ни кому-либо ещё — что мы едем туда на машине. Бринкли просто сообщила Линкольну, что меня выписали, и она поможет мне устроиться дома, а на бой приедет вовремя.
Мы не хотели, чтобы Ромео волновался, зная, что я еду туда, так что это казалось лучшим вариантом.
Когда мы выбегали из больницы, на нас шёл мой отец, лицо его было красным от злости.
— Что это значит? Тебя выписали? Я запросил ещё один МРТ!
Я повернулась к Бринкли и Тие, попросив их дать мне минуту.
— Мне дали разрешение, папа. Два МРТ и КТ более чем достаточно. Я собираюсь домой, чтобы распаковать вещи, а потом посмотрю бой с друзьями. Со мной всё в порядке. — Я даже не почувствовала вины за ложь. Он столько раз обманывал, что, наверное, уже сам не помнит, как выглядит правда.
Но в итоге я больше не доверяла своему отцу. Я не доверяла, что он не предупредит Ронни или его семью. Я не доверяла, что он не сделает чего-нибудь, чтобы помешать мне поехать в Лас-Вегас.
Я не доверяю своему отцу защищать меня.
Но Ромео всегда защищал, с самого момента, как мы начали встречаться.
И теперь моя очередь.
Я буду там для него, так же, как он всегда был там для меня.
Взгляд моего отца искал мой.
— Ты знаешь, что я тебя люблю, правда? Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности.
Его слова больше ничего для меня не значили, но сейчас было не время начинать разборки.
Этот день придёт.
Сегодня был день Ромео, а не моего отца.
— Знаю. Я тоже тебя люблю. Позвоню позже, хорошо?
— Ладно, милая. Думаю, я вернусь в город. Твоя мама ещё не готова принять меня обратно, а я всё это время жил в отеле рядом с больницей.
— Вернись в квартиру и отдохни. — Я поцеловала его в щёку и поспешила к машине, где меня уже ждали Бринкли и Тиа.
— Бринкли собиралась применить перцовый баллончик, если бы он попытался затащить тебя в машину, — сказала Тиа.
— Он ещё не дошёл до уровня похищения, но спасибо, что прикрываете меня. А теперь поехали, — сказала я, садясь на переднее сиденье арендованной машины Бринкли. Тиа настояла, чтобы я сидела впереди, чтобы они могли за мной присматривать и быть уверены, что я не потеряю сознание, что заставило меня рассмеяться.
— Вы понимаете, что я потеряла сознание, потому что ударилась головой о тротуар? Я не склонна к обморокам.
— Да. Но доктор Мистер-Горяченький шепнул нам, чтобы мы за тобой присматривали, а я уже загуглила все симптомы сотрясения. — Тиа подняла телефон и включила фонарик, чуть не ослепив меня. — Зрачки выглядят нормально.
Бринкли выехала из парковки, захлебываясь от смеха.
— Доктор Мистер-Горяченький вдвое старше тебя. Твои братья устроили бы скандал, если бы узнали, что ты на него запала.
— Он шикарный «серебряный лис»
— У нас нет времени останавливаться. Шопинг устроим уже в Вегасе, — ответила Бринкли, вливаясь в поток машин на шоссе.
Мы провели следующие несколько часов, обсуждая всё, что произошло за последние дни. Я проверила коэффициенты на бой, и Ромео был явным аутсайдером, но он это знал с самого начала.
Мой желудок сводило узлами по мере того, как мы приближались, и я постоянно проверяла время.
Мы остановились один раз, чтобы воспользоваться туалетом, а Тиа купила столько вредной еды, что хватило бы на недельный отпуск.
— Итак, какой у нас план? — спросила я, надевая кроссовки, когда мы свернули на Лас-Вегасский бульвар.
— У меня есть пресс-пропуск, и я напишу Линкольну, чтобы он нас встретил, когда мы приедем.
— Хорошо, это сработает.
— Надеюсь, мой брат не взбесится, когда узнает, что ты приехала на бой, — сказала Тиа, откусывая очередной кусочек своей красной лакрицы.
