Обернувшись, я почувствовала как вся кровь отлила от лица. Тело мгновенно прошиб холодный пот и меня начало потряхивать. Охваченное ужасом сознание вопило: бежать! Но я стояла на месте, словно окаменев. А всё по тому, что на меня смотрели до боли знакомые светло-синие глаза с темной каймой, которые неоднократно снились мне. И да, я не ошиблась, когда уходя мимоходом оценила внешность парня. Красивый, какой-то порочной красотой. Тёмные, каштановые волосы были коротко подстрижены, легкие хлопковые брюки серого цвета и облегающая майка-борцовка, открывали взгляду крепкое, накаченное тело. Лицо выражало дружелюбие, во всяком случае, гримаса исказившая его губы, как понимаю, должна была быть улыбкой. Однако взгляд ярких глаз был холодным, оценивающим, сводя на нет старания парня выглядеть приветливо. Девушки засматривались на этот образчик мужественности, буквально ели его глазами.
— Думаю это твоё, — произнёс он, показывая мне корочки студенческого билета.
Когда обнаружила отсутствие студенческого, то решила, что посеяла его в клубе. Мне и в страшном сне в голову не могло прийти, что он остался в квартире незнакомца. Я была свято уверена, что больше никогда не встречу его, а если такое и случится, то он меня ни за что не вспомнит и не узнает. Ведь он той ночью был смертельно пьян, а может и не только пьян. Но жизнь любит преподносить сюрпризы. Поэтому он теперь стоит напротив меня, заставляя обмирать от ужаса и стыда. Тело окаменело от нервного напряжения, лицо пылало от смущения.
— Можешь выбросить, — постаралась я ответить как можно безразличнее, — я давно новый выправила.
Не в силах больше выносить взгляд и близость своего случайного любовника, я постаралась как можно быстрее ретироваться. Для этого мне нужно было пройти мимо парня.
— Постой, — услышала я его голос и ощутила как незнакомец крепко ухватил меня за локоть, — наше знакомство вышло каким-то корявым. Думаю, нам есть о чём поговорить. Как насчёт обеда вон в той кафешке?
========== Глава 3. ==========
Марк.
Тот бой я выиграл. Хотя, как никогда был близок к поражению. Этот сукин сын, американец, оказался чертовски сильным. А я же, как и опасался, начал быстро выдыхаться. Моей фишкой всегда была скорость, поэтому и прозвали Ветром. Спустя минут пятнадцать, я стал медлительнее и начал совершать глупые ошибки. И только то, что мне удалось подметить, что мой противник тоже начал уставать, помогало держаться. Это вдохновило меня. Время шло, мы оба всё больше уставали. Я пропустил мощный удар в голову, кожа на лбу лопнула и кровь начала заливать глаза, а точнее, щёлочки, которые от них остались. Несколько раз я падал, и порой мне казалось, что подняться мне больше не удастся. Но я не привык проигрывать, я привык побеждать. За свою жизнь я крайне редко оказывался в роли побеждённого, и то это случалось в самом начале моего пути в качестве бойца на ринге. Поэтому сцепив зубы, я раз за разом вставал и продолжал бой, наплевав на слабость и боль. Мой противник тоже падал и ему тоже было тяжело встать, и это вселяло надежду. Под конец всё отошло куда-то на десятый план: кровожадная толпа ублюдков, сильные этого мира, которые явно переживали за собственные деньги. Все собственные мысли и тревоги давно вылетели из головы. В очередной раз оказавшись на полу, я краем сознания подметил, что мой соперник тоже упал. «Подняться, я должен встать» — пульсом билось в голове. И я встал. Перед глазами всё было окрашено в цвет крови, тело превратилось в комок боли. Американец тоже пытался подняться, но похоже мой последний удар ногой в голову, стал для него роковым. Неизвестно каким чудом выстояв положенное для зачтения победы время, я всё же победил. Стоило мне покинуть ринг, как остатки сил покинули меня.
В себя я пришёл в частной клинике, которая по договору с Бесом ставила его людей на ноги. Ощущал я себя куском освежёванного мяса. Оказалось, у меня было приличное сотрясение мозга, сломано три ребра. Про множественные гематомы и говорить нечего. Но оставаться там отказался наотрез. Дома, как говорится, и стены лечат. Двое суток спустя я наконец смог сносно передвигаться по квартире. Конечно о том, чтобы отметить победу, как привыкли с рекой бухла, дурью и девочками, в компании близких приятелей, речи пока не шло. Слишком плачевным было моё состояние. Порой Лёха и ещё несколько парней забегали ко мне, но всё остальное время я бесцельно ковылял по комнатам, подыхая от скуки. Тогда-то мне и попался в очередной раз на глаза студенческий билет некой Алины, с которой я провёл ночь накануне боя, но мало чего помню о ней. И опять меня одолело любопытство: кто она такая и зачем так поступила? Наверное, виновато во всём вынужденное затворничество, но лёгкий интерес перерос в настоящую идею фикс. Для себя я решил: как только окончательно приду в себя, а моя рожа перестанет напоминать морду чудища, обязательно встречусь с этой малышкой.
