Как только я почувствовал себя достаточно хорошо, ребята закатили славную пирушку на нашей хате. Хатой мы называли дом, который снимали у Беса за бесценок, и где и устраивали все наши посиделки. Там было пять комнат, одна большая, которую мы назначили местом сборов, и четыре поменьше, где любой желающий мог уединиться, чтобы отдохнуть или потрахаться с очередной соской. Бес дал мне два месяца на восстановление и прихождение в форму. Меня это устраивало. Выходные проплыли в алкогольно-наркотическом дурмане в объятиях красивых и на всё готовых шлюшек. Их совсем не отталкивала моя побитая морда, они вообще были готовы на всё, не знали слова «нет». Обычные люди наверное пришли бы в ужас наблюдая нашу пьяную оргию, но мы были привычные и нас заводили развратные игрища с участием нескольких действующих лиц.
Понедельник для всех выдался непростым, но почти у каждого присутствующего на «празднике в честь моей победы» были свои дела и обязанности. Поэтому, постанывая от чудовищных отходняков, мы выставили девок за дверь и расползлись по своим углам. Работники в мастерской тихо и со стёбом комментировали наш с Лёхой непотребный внешний вид. И если по началу мне было глубоко похрен, то ближе к обеду мне хотелось загнать зубы в глотку этим хохмачам.
Жизнь постепенно начала приходить в привычное русло. Дни я проводил в мастерской, помогая мужикам или разбирая бумажки, вечера дома или на хате с кем-нибудь из безотказных девиц, реже в клубе, когда хотелось разнообразия. Но я не забывал о решении разыскать малышку Алину. И как только в зеркале я начал видеть лицо парня, который всегда нравился женщинам, а не морду редкого уродца, я решился. Разыскать её было просто. По данным её студенческого Сева, наш компьютерный гений, легко пробил расписание её занятий и место проживания на данный момент. Мысль явиться в общагу была соблазнительной, но пришлось от неё отказаться. Конечно, вряд ли девица, которая решила расстаться с девственностью при помощи клубного тусовщика, окажется ангелом, но излишний напор может её отпугнуть. Поэтому я решил подкараулить её после учёбы.
Когда я увидел девушку, меня охватила оторопь. Она выглядела совсем молоденькой девочкой лет шестнадцати! Глядя на совсем юное лицо и хрупкую фигурку в легком бежевом платье, я ощутил себя педофилом, который трахнул ребёнка. Даже мимолётом появился порыв плюнуть на всё, незаметно исчезнуть. И поэтому поспешил себе напомнить, что этому «ребёнку» почти девятнадцать. И все отголоски совести канули в лету. Малышка сама решила играть во взрослые игры. Если я в чём и был уверен на все сто, так в том, что у нас всё было по взаимному согласию.
Алина не была яркой красавицей. Её красота была очень нежной, неброской. На юном личике не было косметики, и она казалась такой воздушно-прекрасной. Вместе с тем было в ней что-то, что выдавало в ней натуру страстную. Может, походка, а, может, просто ощущал это на уровне инстинктов. И, если до этого момента у меня было стремление лишь удовлетворить своё любопытство, то сейчас я понял, что хочу её. Хочу ещё раз разложить её на мягкой кровати и не спеша насладиться хрупким тельцем, обещающим уйму наслаждения. Она будет моей. Сегодня.
Натянув на лицо приветливую мину, я окликнул малышку. Девушка обернулась и замерла. Она меня узнала. Её тело было напряжено, словно натянутая струна, в глазах смесь ужаса и стыда. Это даже покоробило. Я знал, что нравлюсь женщинам и привык к другому приёму. Мне никак не удавалось поймать её взгляд. Была у меня одна особенность, которую я обнаружил лет в четырнадцать — когда я смотрел людям в глаза, многие терялись и мне удавалось добиться своего, внушая им нужные мне вещи. Но она избегала зрительного контакта. Она явно мечтала сбежать. Не так-то быстро, малышка. Я с тобой ещё только начал.
Не обращая внимания на явное смущение и нежелание Алины видеть меня, я пригласил её в ближайшее кафе и был настроен настаивать на своём до конца. Однако не пришлось, девушка согласилась. Когда мы заняли место за столиком, она сидела напряжённая, спина прямая, словно палку проглотила, и молчала. Так, значит помогать она мне не хочет. Ладно.
— Думаю нам пора наконец нормально познакомиться, меня Марк зовут, — произнёс я, до сих пор безуспешно пытаясь поймать взгляд девушки.
Алина на это лишь сдержанно кивнула. Меня это разозлило. Какого чёрта?! Я пытаюсь быть милым и завязать разговор, а она сидит с таким видом, словно делает мне одолжение! Так, успокойся, Марк, ты и не такие «крепости» покорял. Вспышка раздражения схлынула, и я сам не понял, почему внезапно завёлся. Её поведение, скорее следствие робости, нежели высокомерия.
— Наше знакомство началось не совсем удачно… — начал было я.
— Марк, не надо всего этого, — неожиданно перебила меня Алина, и посмотрела мне прямо в глаза, — говори прямо, чего тебе надо. Ты не похож на парня, который по доброте душевной возвращает случайным любовницам забытые вещи.
