Я вхожу в гостиную, останавливаюсь, окидывая комнату взглядом. Приглушенный свет, работает телевизор, на журнальном столике стоит бутылка виски, а воздухе витает противный аромат, видимо, исходивший от красной свечки, расположившейся возле бутылки. Катя садится на угловой кожаный диван. На ней шелковый халат, который я уже видел. В прошлый раз я сорвал его с неё: мне требовалось выпустить пар. Но сегодня все иначе. И Катя возбуждает меня так же, как предупреждающие фотографии на пачках сигарет.
- Не хочешь выпить? - Она указывает пальцем на бутылку. - Я понимаю, что эта новость для тебя очень неожиданная. Почему бы тебе не выпить, чтобы расслабить мышцы и голову? Я к тебе не присоединюсь: мне ведь сейчас нельзя. - Она выпятила живот, затем потерла его ладонью. - А после мы спокойно поговорим, решим, что делать дальше.
Я прищурился. Мне не понравился её нарочито сладкий голос, а якобы случайно задравшийся халат, обнаживший бедро, взбесил не на шутку.
- Я здесь не для того, чтобы пить! - процедил я. - И я ничего не собираюсь с тобой обсуждать.
- Но... - она захлопала своими коровьими ресницами, - ребенок ведь...
- Да, я уже подумал о нём, пока ехал сюда.
Катя сморщилась.
- И что же ты надумал? Надеюсь, ты не собираешься бросить своего ребенка?
- Конечно, нет, - быстро тряхнул головой. Катя заметно расслабляется, но затем снова взъерошивается, когда слышит продолжение: - Я признаю этого ребенка, если тест подтвердить мое отцовство. После этого мы внесем мое имя в свидетельство о рождение, и я позабочусь о вас.
- Позаботишься? Что это значит?
Я закатываю глаза. Катя часто моргает, смотрит на меня, словно ничего не понимает. Мне еще надо растолковывать каждое слово? Серьезно?
- Я прослежу, чтобы вы ни в чем не нуждались. Куплю дом, буду содержать...
- Что? - Катя вскочила с дивана, словно её подкинуло на батуте. - Содержать нас? А как же воспитание ребенка? Тебе будет все равно?
Я сажусь на подлокотник, запускаю пятерню в волосы, чтобы сдержать раздражение, которое уже переваливает через край.
- Я буду навещать его, - выдыхаю. - Он будет знать, кто его отец, и я во всем буду его поддерживать.
Большего я просто не смогу ему дать.
- А я? - Катя обиженно надувает уже надутые губы.
Я морщусь. Перед глазами тут же предстают слегка припухшие после моих поцелуев губки Сени. Жмурюсь, чтобы избавиться от наваждения.
Сеня. Сердце отозвалось болью. То хрупкое, что нам удалось возвести, разлетелось в пух и прах на моих глазах. Она закрылась, я видел это. Её искрящиеся желанием глаза так быстро померкли, окатив меня ледяной водой. Я до сих пор не могу согреться. И без неё это вряд ли удастся.
Катя издала звенящий звук, возвращающий меня в реальность, где я сам вырыл себе яму.
- А ты будешь его матерью, - со стиснутой челюстью выдал я.
- Но ребенку нужна полноценная семья! Ему нужны оба родителя!
- И они у него будут.
- Нет! Ты должен жениться на мне!
- Я ничего тебе не должен, - произнес я, тщательно выговаривая каждое слово. - Я сразу дал понять, что наш контакт был разовым. Ты не возражала. И то, что ты забеременела, ничего не изменит. Я не собираюсь жениться на тебе. - Я выдержал секундную паузу. - Даже ради ребенка.
Катя возмущенно фыркнула.
- А я думала, ты мужик! Настоящий мужик, который возьмет ответственность за свои действия и их последствия!
Я приподнимаю брови, моргнув пару раз.
- То есть я должен жениться на тебе, чтобы считаться мужиком? Ты что-то путаешь. Я не отказываюсь от ребенка. Я возьму ответственность за его жизнь, но ты... ты просто останешься его матерью. Ни больше, ни меньше.
- Я расскажу, что беременна Дине и твоим родителям! Они-то заставят тебя образумиться!
Катя топнула ногой, напоминая маленького ребенка, у которого отняли его игрушку. Я не знаю, как ведут себя беременные, но её поведение никак не вяжется с тем образом, что я представлял. Сомнения, сразу родившиеся в моей голове, сейчас уже вовсю сигналили. Что-то тут не так. Ребенок - лишь инструмент, которым она собралась добиться желаемого. И все эти свечи, алкоголь и её тоненький халатик лишь декорации, которыми она хочет меня подстегнуть.
- Этого не будет! Я уже сказал, что планирую делать. Ребенка приму, если он мой, а вот с тобой не буду.
Я поворачиваюсь к ней спиной, чтобы направиться к выходу, но её крик заставляет меня остановиться.
- Это все из неё, да? Из-за этой скучной сучки? - Я резко оборачиваюсь, чтобы увидеть, как Катя покраснела до корней волос. - Не будь её, ты бы уже был со мной! Мне бы не пришлось... - Она быстро замолчала, но я успел зацепиться, а мой активно жужжащий мозг уже прокручивал возможные окончания этой фразы. Катя всплеснула руками в отвлекающем маневре: Давай, бегай за ней! А она в это время будет трахаться с неграми в Америке!
Я зарычал. Их моих ноздрей попёр пар. Я шагнул к девке, которая посмела оскорбить Сеню. Катя отшатнулась, испугавшись моей неприкрытой ярости. Меня остановило только то, что внутри неё может быть мое ребенок. Нет, я бы в любом случае её не ударил, но гнев мой был бы во сто крат сильнее.
