И снова никакого ответа не последовало. Так и простояв в открытом проеме и уже успев себя заметно накрутить, она, наконец, отступила, закрывая дверь. Выйти из каюты она не решилась, помня, что произошло, когда она нарушила свое обещание Ричарду. А тут поклялась. Ей очень бы не хотелось потерять его доверие и отношение к ней.
— Что же делать? А если что-то произошло, пока я спала? Вдруг нужна моя помощь? А я не могу даже покинуть эту каюту.
Она прошла и села на кровать. Вокруг царила тишина, а внутри зарождалась паника. Лезли в голову всякие ужасные мысли. Она начала думать, что вдруг произошла какая-нибудь катастрофа, накручивая себя, что все погибли, а она осталась одна на этой металлической посудине.
Не выдержав своих же ужасающих мыслей, она соскочила с кровати и начала отсчитывать свои шаги, следуя по проходу каюты туда и обратно, пытаясь прогнать нехорошие догадки и успокоиться. Неизвестно сколько прошло времени, но коснувшись своих волос, она заметила, что они полностью сухие. Уже почти придя в себя и начав здраво размышлять, Александра уловила еле слышимый шум, приближающийся к двери ее каюты. Она замерла, не зная радоваться или паниковать.
Створка двери отъехала, и за ней обнаружился металлический субъект непонятного происхождения, но очень напоминающий робота.
— Александра, следуйте за мной.
И это все было произнесено в такой приказной форме, что Александру передернуло.
— Да кто ты такой, чтоб я бросила свои важные дела и отправилась следом?
— РП8. Еще раз повторяю, следуйте за мной.
— Нет. Ты меня и с места сдвинуться не заставишь. Железяка ты недоделанная. И кто тебе сказал меня привести?
— Это приказ Ричарда.
— Ах, Ричарда. А знаешь что, отправляйся-ка ты к Ричарду и передай ему, можешь даже дословно: "Не соблаговолит ли светлейший сэр Ричард, собственной персоной, снизойти до того, чтобы прийти и лично сопроводить некую Александру, куда там надо… И еще, передай ему это".
Она склонилась в глубоком реверансе, при этом изящно повертев рукой. А про себя думая, посмеивалась, как эта железная бандура будет все это изображать. И уже приподнимаясь, замерла. Из-за дверного проема на нее с любопытством смотрели глаза любимого мужчины. Она резко вздохнула и выпрямилась.
— Проверяешь?
Ричард лишь расплылся в довольной улыбке со смешинками в глазах.
— И как?
— Я был уверен, что ты не поведешься на эту провокацию.
— На девяносто девять процентов, да? — приподняв бровь и уперев руки в бока, уточнила девушка.
Мужчина, повернувшись к роботу, сказал, что тот свободен, а затем, пройдя в каюту, остановился перед Александрой.
— Ты меня тут оставил одну, без возможности покинуть эту махонькую комнатку или как-то связаться с тобой. Я уже места себе не нахожу, что я только не передумала за это время, а ты забавляешься?
— Не обижайся на меня. Ты так необычно себя вела в своих передвижениях по каюте, что не удержался, — мягко произнес Ричард и посмотрел такими виноватыми глазами, что она просто не смогла не улыбнуться.
— Пойдем…
— Нет.
Он слегка наклонил голову и прищурил глаза, пытаясь понять, почему именно "нет".
— Нам надо поговорить, — настойчиво сказала она.
— Давай я сначала покормлю тебя…
— Нет.
— Никаких "нет". Саша, сейчас ты идешь кушать, а разговоры и подождать могут. У нас еще куча времени на них будет, — сказал Ричард и, ласково улыбаясь, направился к выходу.
— Хорошо, как скажешь. Я и разговор снова смогут подождать. Пусть будет так. Только вот я клянусь тебе, что если сейчас я покину эту каюту, ты никогда не узнаешь, как ко мне вернулась память и о чем мы говорили с Георгием.
Ричард остановился и медленно повернулся к Александре.
— А ты… умеешь убеждать… когда захочешь, — произнес он, коснувшись панели и закрыв дверь. — Говори. Я слушаю.
— Пожалуйста, отвернись.
Молча с приподнятой в удивлении бровью он развернулся.
— Пожалуйста, пообещай, что не будешь оборачиваться, чтобы посмотреть на меня.
— Но…
Ричард хотел ей сказать, что ему не обязательно разворачиваться, чтобы ее увидеть. Он ее неплохо видит на зеркально-отражаемой панели располагающейся посередине двери. Но она его остановила:
— И перебивать меня — тоже. Я боюсь сбиться с мысли.
— Обещаю.
— Спасибо, — выдохнула она. — Ты хотел узнать, каким образом я все вспомнила. Могу сказать, что в этом мне помог ты, пусть неосознанно, но все же…
Ричард смотрел за действиями девушки, отражающимися на затемненной поверхности панели. Как ее пальцы медленно двигаются от шеи вниз, расстегивая пуговицы. А ее взгляд устремлен ему в спину.
— Есть одна вещь, которая мне очень дорога. Вещь — как память. В ней заключено все самое важное для меня…
Он, не отрываясь, смотрел, как она снимает блузку, а затем тянется расстегивать белый кружевной бюстгальтер. Закрыв на мгновение глаза, но, не выдержав собственного желания видеть ее вот такую, полуобнаженную, не понимая, зачем она раздевается, открыл глаза и снова смотрел на ее отражение.
— И в этой вещи вся моя память о тебе. Я уверена, что если бы у меня не было ее, я бы и сейчас не знала, что в моей жизни однажды появился ты…