Я чувствую, как воздух вокруг нас заряжается, как становится все тяжелее не то что разговаривать, но даже дышать! Внутри меня все клокочет от обиды, ревности и ярости!
И, кажется, Диана тоже не на шутку заведена.
– Я оставил тебя, потому что так было нужно! И явно не для того, чтобы ты строила глазки Гектору!
– Ты невозможен! – Диана практически рычит от злости, возводя глаза к потолку. – Сколько раз мне тебе говорить, что это он ко мне подошел, а не я! Я ждала тебя, но ты был очень занят!
– Ждала и не дождалась. Поэтому решила скрасить свое одиночество общением с ним?
– С тобой бесполезно разговаривать! Я не хочу продолжать этот бессмысленный разговор…
– Ну конечно! – усмехаюсь я, вперив в нее обиженный взгляд. – О чем со мной говорить, я ведь не Гектор…
– Да что ты заладил, как попугай: «Гектор, Гектор»?! Не могу, как же ты меня бесишь, Тигунов! – говорит Диана с чувством и, махнув рукой, направляется в сторону комнаты. – Дурак!
Я ловлю ее за запястье и резко разворачиваю к себе.
– Вот значит, какого ты обо мне мнения? Дурак?
– Без вариантов! – Диана упрямо задирает подбородок. – Обвиняешь меня в том, чего нет. А если я тебе припомню Лизку?
– Какую Лизку?.. – недоуменно моргаю я, все еще сжимая ее запястья.
– Ой, не нужно только делать вид, будто не знаешь, о ком я говорю!
– Но я действительно… А-а, так ты про новую секретаршу что ли?
Диана молча бросает на меня испепеляющий взгляд.
– Это совершенно другое, – говорю я, удивляясь тому, как быстро мы меняемся с ней местами – теперь она – упертая ревнивица, которая обвиняет меня в том, что я положил глаз на эту Лизку и поэтому устроил на работу.
– Нет, не другое! Почему ты можешь меня обвинять в том, что я строю глазки Гектору, а я тебя не могу в твоей симпатии к секретарше?
– Потому что ничего нет!
– Вот и у меня ничего нет и не было!
– Конечно! Невинный флирт больше не считается чем-то ужасным…
Диана издает что-то похожее на обреченный стон и с силой вырывает свою руку из моей хватки.
– Больше не хочу с тобой разговаривать!
– Взаимно, – я окидываю ее ледяным взглядом, сам не понимая, почему наша ссора вдруг затянулась и никак не желает заканчиваться.
Мы с Дианой редко ссорились, можно было по пальцам пересчитать такие моменты, и почти всегда они заканчивались бурным сексом. Но сейчас я по взгляду Дианы вижу, что ничем таким фееричным наша склока не закончится.
– Я поеду к Дашке, – выдает вдруг она, чем только еще больше выводит из себя.
Я – мужчина, она – женщина. Разве женщина не должна быть помягче и аккуратно свести ссору на нет? Разве женщина не способна утихомирить даже разозлившегося льва?..
– Не утруждайся, – бросаю я, хватая ключи с полки комода. – И не жди до утра.
Выхожу из квартиры, закрыв за собой дверь и оставляя Диану одну.
Противный голос совести зудит, требуя вернуться, извиниться за все и поговорить по-взрослому, не обвиняя друг друга во всех смертных грехах, но я делаю вид, что не слышу его и упрямо жму на кнопку вызова лифта.
***
Он просто ушел. Обвинил меня в том, чего не было и быть не могло, и ушел.
Слезы сами собой катятся по моим щекам. Слезы обиды и горечи. Как так получилось, что наша ссора вышла за грани разумного? Мы ведь с Кириллом никогда не ссорились!
Подумать только, он приревновал меня к этому Гектору! И не просто приревновал, видите ли, ему показалось, что я с ним кокетничала и флиртовала! Я! С Гектором! С этим высокомерным снобом со взглядом стервятника, который сначала до смерти меня напугал своим внезапным проявлением заботы, а потом заставил изрядно поволноваться за Кирилла.
Я боялась, что Кир наговорит ему глупостей в приступе ревности. Было бы из-за чего! А Гектор, я уверена, был из тех людей, кто не оставляет услышанные в свой адрес слова без внимания. Мало ли какими проблемами это могло обернуться Кириллу?
Но этот дурак даже не захотел меня слушать! Он упрямо стоял на своем, не желая слышать мои слова.
Я перевожу обиженный взгляд на закрытую входную дверь и вновь захожусь рыданиями. Медленно сползаю на пол, придвигаю к себе коленки и утыкаюсь в них лицом. Мне хочется забыть сегодняшний вечер как дурной сон, хочется стереть все из памяти и вернуть наше счастливое вчера…
Не знаю, сколько я сижу так, но вскоре моя обида сменяется злостью. Кирилл поступил со мной очень несправедливо! Он не должен был этого делать.
Моя рука тянется к маленькой сумочке, одиноко валяющийся рядом с обувью, и нашаривает сотовый. Сейчас я позвоню ему, и мы поговорим. Обсудим все, расставим все точки над «i»…
Но в самый последний момент я передумываю ему звонить. Вот еще! Почему я должна делать первый шаг к тому, кто даже не удосужился меня выслушать? Он первым начал эту ссору, первым ушел из дома!
Моя задетая гордость энергично закивала головой, поддакивая моим мыслям.
Вместо абонента с именем «Любимый», я набираю номер подруги Дашки. Сейчас мне как никогда нужна ее поддержка…
***
– Слушай, Ди, мужики, конечно, те еще…
– Ду-ура-а-аки… – проговариваю я сквозь громкие всхлипы.
