– Сколько ей лет? Белая? Черная?
Дик хмыкнул и развел руками:
– Адекватная. Встреча с тобой вне игры ей нужна еще меньше, чем тебе. Огласка – тем более. Больше не скажу, даже не спрашивай.
Откинувшись на спинку кресла, Бонни улыбнулся.
– Ладно. Сколько она платит?
– Обычная такса, мальчику две штуки. Но ты их не получишь.
Бонни рассмеялся.
– Ах ты старый жучара. Дашь водилу, чтобы отвез домой, и мы в расчете.
Дик молча протянул руку. Бонни ее пожал.
Жизнь налаживалась.
Мужчина с завязанными глазами стоял передо мной, не смущаясь наготы ни на грош, и от него разило возбуждением и адреналином за километр.
– Так мне нравится больше, – сказала я.
Ты меня не узнаешь. Сегодня я совсем не буду похожа на милую, покладистую мисс Кофи.
– Для вас только самое лучшее. Как мне обращаться к вам, мадонна? – самоуверенная улыбка, ни капли сомнения в собственной неотразимости.
– Мадонна? Годится. Три шага вперед и закрой глаза. – То ли я простудилась, то ли нервы шалят. Голос сел до контральто а-ля Элла Фицджеральд.
Он послушно шагнул в дом и замер в ожидании. Я тоже замерла. Сейчас – последняя возможность прекратить опасную игру, не рисковать… а чем, собственно, я рискую? Он меня терпеть не может, так что хуже точно не будет. И он точно никому не расскажет о наших невинных шалостях. И вообще. Я его честно купила!
Мое сердце колотилось как сумасшедшее, и отчаянно хотелось дотронуться до мокрой смуглой кожи, до бьющейся на шее голубой жилки, и вплести пальцы в его волосы…
Это я и сделала. Приблизилась вплотную, вдохнула терпкий и свежий запах – дождя, мокрой джинсы, разгоряченного мужчины и последнего «Кензо». Запустила руку в черную гриву и потянула вниз, заставляя опуститься на колени. Правда, пришлось делать это осторожно, чтобы не сдернуть ненароком его повязку.
Он послушался. Нет, даже не так. Он послушался с нескрываемым удовольствием, скользнул щекой по моей груди, и дыхание его участилось.
Мое тоже.
Это оказалось так остро и сладко – знать, что я могу с ним сделать все, что захочу! Правда, даже на коленях у моих ног он все равно выглядел далеко не кроткой овечкой. Что-то вроде тигра на цепочке: то ли бросится, то ли еще подождет в засаде. И от этого адреналин в моей крови кипел еще жарче.
Я провела ладонью по его щеке. Гладкой, брился совсем недавно. Пожалуй, так мне нравится больше, чем с щетиной. Может, и не так брутально, зато не царапается.
– Как тебя звать?
– Бонни, – его голос прозвучал непривычно мягко.
– Бонни… – повторила я, пробуя звуки на вкус. Неожиданно, да. Почему-то я думала, что он назовется иначе. Уж точно не своим настоящим именем. – Редкое имя для парня.
На самом деле мне хотелось съязвить: мистер Джеральд и доктор Бонни. Или козел Джерри и душка Бонни. Но тогда вся конспирация пойдет к чертям. Нет уж.
Вместо ответа Бонни слегка потерся губами о мою ладонь и словно принюхался… да, точно. Принюхивается, как кот к сметане. И улыбается. Никогда не видела у него такой улыбки – не кривой и ехидной, а почти нежной и чуть настороженной. Если б я не была так на него зла, почесала бы за ушком. Может, даже поцеловала бы…
Потом. Если захочет.
А пока я зашла ему за спину, вынула из сумочки широкую эластичную ленту, предусмотрительно купленную перед походом в салон, и заново завязала ему глаза. Он тихо хмыкнул…
Я сначала шлепнула его по губам, только потом испугалась, и в тот же миг поняла, что он меня провоцирует – а я ведусь. С удовольствием ведусь. Мне нужен повод, чтобы… чтобы… сделать то, что мне хочется?
Погладив его по горящим губам, надавила на нижнюю. Бонни послушно приоткрыл рот, лизнул мой палец. И снова крылья носа раздулись: принюхивается.
– Мята и лемонграсс. Нравится? – усмехнулась я, позволяя ему целовать мои пальцы.
– Да, мадонна, – шепотом и невероятно сексуально. – Необычный запах для девушки.
Я восхитилась: так изящно троллить свою госпожу – не всякому дано!
Запрокинув его голову, так же нежно спросила:
– Нарываешься?
– Если мадонне будет угодно, – голосом тигра, приманивающего ягненка к вкусным зеленым кустикам.
– Мадонне угодно.
Я отступила на полшага. Интересно, что там Дик положил. Наверняка и презервативы тоже, у них же «строго». Впрочем, у меня в сумочке тоже есть. Не люблю их, но что поделать.
Бонни прислушивался, пока я вскрывала коробку и разглядывала девайсы. Сказать по правде, с большинством я была знакома только теоретически, так что Бонни предстоит поработать подопытной мышкой. Интересно, он сам в курсе, что принес? И готов к использованию всего этого?! Вот же больной ублюдок…
Мысль о больном ублюдке и вибраторе отозвалась горячей волной внизу живота и всякими смутно-горячими желаниями. Кажется, кто-то тут – испорченная девчонка.
Первым я взяла хлыст, для пробы легонько стегнула себя по ноге – определить вес, нужную силу замаха и прочая. С ним обращаться умею, спасибо второму роману и общению с реконструкторами – научили разбираться в старинном оружии и одежках, и пользоваться хлыстом, плетью и прочими интересными штуками.
