Любой ценой полностью

— Бедная Хонор, — через мгновение произнес он. — Любимая, когда мы получили первое сообщение, мы с Эмили… — он прервался, решительно тряхнув головой. — Скажем так: мы не очень легко это восприняли. Я хотел лично отправиться прямо сюда, но испугался того, что могу привлечь лишнее внимание. Но затем ты вышвырнула Мэндела, и я решил послать лишнее внимание к чёрту. Я тебя знаю, Хонор. Ты никогда бы так на него не обрушилась, если бы он не был полным и совершенным идиотом, а ты бы не чувствовала, что его срочно требуется заменить кем-то компетентным. Или если бы тебе не было очень, очень плохо. В любом случае мне следовало быть здесь.

— Полагаю, было и то, и то, — признала она, отступая назад и беря его за руки. Она потянула Хэмиша за собой и они сели на диван, удобно устроившись и склонившись друг к другу.

— Мне было плохо, очень, — тихо сказала она. — Не только из-за Саймона. Даже, в некотором смысле, не в основном из-за него. Тим…

Она прервалась, закусила губу, глаза застили слезы. Хонор вспомнила, как бурно она отклонила предложение Мерседес Брайэм подумать над заполнением той дыры, которую смерть Меарса оставила в её штабе. Но адмиралам непредписывалось иметь флаг-лейтенантов, так что Хонор отказалась его заменить. Это, возможно, было не самое разумное решение в её жизни, но она не собиралась его менять.

— Мне было плохо, — повторила она. — И будет, ещё долго. Но я искренне считаю, что поступила так в основном потому, что он был квадратной затычкой в круглой дыре.

— По тону твоих сообщений — и, честно говоря, его доклада Пат Гивенс — я примерно так и понял, — сказал он. — Хотя, как я понимаю, Мэндел действительно пользуется репутацией результативного следователя.

— Не сомневаюсь в этом, — отозвалась она. — На самом деле, если быть абсолютно честной, чего мне совершенно не хочется, я понимаю, что он очень хорош в своем деле… в более стандартных обстоятельствах. Но, в данном случае, он просто не тот человек, который нужен. Может быть он слишком опытен. Это как… как будто у него сузилось поле зрения. Он знает то, что он знает, и намерен на этом сосредоточиться и делать свою работу не отвлекаясь на любителей, которые не знают, как при расследовании преступления отличить голову от задницы.

При таком выборе слов Хэмиш вздернул бровь.

— Ты всё-таки раздражена, — заметил он.

— Разочарована, — поправила она. — Ну, может быть, еще и раздражена потому, что он меня так разочаровал. Но он не поверил, когда я сказала ему, что Тим каким-то образом был под принуждением, и не был готов поверить, что Нимиц достаточно умен, чтобы распознать, что происходит — если даже сперва признать, что у котов вообще есть эта телеэмпатическая способность — или сказать кому бы то ни было что-либо осмысленное, если сумеет распознать.

— Боже, он сумел разом наступить на все твои мозоли, так?

— Вроде того, — признала она, слабо улыбнувшись шутке. — Но он настолько зациклился на том, что моё чувство вины заставляет меня верить лучшему насчёт Тима, что совершенно не обращал внимания на то, что я ему говорила о действительно произошедшем. И он бы не переменил своего мнения, я это знаю.

Она, с гримасой, постучала по виску указательным пальцем правой руки, а Хэмиш кивнул.

— Я догадался, что так и было. А из твоих слов я делаю вывод, что ты не собиралась сказать ему, что это ты почувствовала, что происходит?

Хонор просто фыркнула, и он не очень-то весело усмехнулся.

— Честно говоря, я только рад, что ты этого не сделала. Мне бы хотелось, чтобы ты пока возможно держала эту маленькую способность в резерве. Пусть люди думают, что это Нимиц всё чувствует. Не повредит быть недооцененной в некоторых отношениях.

— Я знаю. Не говоря уже о том, что мне бы не хотелось, чтобы люди воспринимали меня каким-то читающим мысли и вторгающимся в их личную жизнь чудовищем.

— Хм.

Хэмиш какое-то время посмотрел в пространство, затем вновь повернулся к ней.

— Не сомневаюсь, что все было как ты и сказала, — произнес он, — но, должен сказать, что просмотрел видеозапись происходившего на мостике. — лицо его стало жестче. — Она и меня напугала до чёртиков, хоть до того, как мне её показали, я уже знал, что ты не пострадала.

Он покачал головой, на секунду на скулах вспухли желваки, а она обняла его и прижала к себе.

— Но что я хотел сказать, — продолжил он более нормальным тоном через пару секунд, — что пронаблюдав за происходившим, я могу понять, почему кто-то, кто не понимает как ты можешь заглянуть в голову кого-то другого, может отрицать возможность того, что лейтенант Меарс пытался сопротивляться. Хонор, он двигался так быстро, так плавно. Как будто не просто заранее планировал сделать то, что сделал, но и предварительно потренировался. Не знаю, понимаешь ли на самом деле ты сама, насколько быстры твои рефлексы. Ты же убила его за долю секунды до того, как он бы убил тебя. И не думаю, что кто-то еще смог бы это повторить, с пульсером в протезе или нет.

Хонор посмотрела на затянутую в перчатку левую руку.