- Ничего. В смысле ничего бы все равно не изменилось. Эмбер, я счастлив. А ты? - тихо произнес его величество. Хотя, наверное, странно так именовать мужчину, с которым ты провела такую ночь. Эмбер не успела принять решение, поскольку император коснулся ее губ.
- Я растерянна, - честно ответила Эмбер, и заметила, что император улыбается. Он снова потянулся к ней, но она увернулась и села, глядя в окно. Тепалая ладонь легла на плечо. Эдвард не то многообещающе, не то искушая, не то успокаивая гладил ее напряженную спину. А Эмбер отчего-то представляла, что было, если бы в этот самый момент распахнулась дверь и сестра императора решила просто-напросто зайти в свои покои в доме у бабушки. Приехать, поскольку ей надоели гости в лице министра юстиции ненавистного государства.
А тут они такие. Как в детской сказке: Кто лежал в моей постели и смял ее?
Вот это был бы поворот.
Пожалуй, надо одется и уйти. Заняться, наконец, документами. Да. Прекрасный способ сбежать от проблем и объяснений. Загрузить базу, изучить проект, который, наверняка, уже прислал Эшли. Она же может попросить принести еду в ее комнаты?
- Эмбер, - поймал ее Эдвард и прижал к себе. Его голос звучал так же искушающе, как и ночью. И так же, как и ночью, это заставляло пламенеть ее кровь. - Отмени все на сегодня.
Тут она очнулась. И поняла. Она уже одета, готова удрать. Эдвард, обнаженный и прекрасный, перехватил ее у двери. И не отпускает. Но теперь вместо лукавства и страсти в глазах виднелась… Неуверенность?
- Отмени все на сегодня, - приказал он. - Только ты и я. Чтобы мы оба поверили, что счастье нам не приснилось.
- Тиран, - прошептала Эмбер. Тревога и неловкость, конечно, никуда не делись, они свернулись клубком где-то глубоко в сердце.
- Еще какой! И после завтрака мы улетаем.
Эмбер только посмотрела вопросительно.
- Хочется тебя похитить и увезти куда-нибудь подальше, - он ласково погладил ее щеку. - И обещаю быть самым осторожным пилотом.
Эмбер только головой покачала, вспоминая свой вчерашний срыв. Извиняться все равно не хотелось.
- Завтракаем - и вперед! - скомандовал император. И тут же спросил с подозрением: - Ты куда?
- Переодеваться, - отрапортовала Эмбер, надеясь, что у нее есть свои кроссовки, потому как доставили заказанные ею вещи.
- И надо поскорее уезжать. Чтобы никто не успел вмешаться в наш выходной!
Выходной. Какое чудесное слово. Практически незнакомое. Удивительное. Да такой, чтобы не думать о собственной работе, чтобы на свидание, да еще и с мужчиной, который ради тебя отменил все свои дела. Вот такого в ее жизни, пожалуй, не было.
- Мама, - шепотом окликнула ее у двери комнаты Алекс.
- Привет, - остановилась Эмбер, понимая, что у нее на губах блуждает глупая улыбка. - Ты?..
Мысли носились в голове розовыми зайчиками. впервые в жизни Эмбер не понимала, что нужно спросить у дочери. Как она спала? или позавтракала ли? и вообще, куда она собралась.
- Спала хорошо, уже ела, я в гости.
- А…
- И… мама…
- Что?
- Я за тебя рада.
Наспех выпалив это, Алекс исчезла, прежде чем Эмбер успела поинтересоваться, чему именно рада ее дочь. Хотя, может быть, тут из серии: меньше знаешь - крепче спишь? Она пожала плечами и вошла в комнату. На кровати лежали пакеты с одеждой - доставка не подвела.
Разложив покупки, Эмбер включила душ и с наслаждением долго нежилась под обжигающе горячими струями воды.
Выйдя из ванной в одном полотенце, она долго перебирала белье, выбрав, наконец, комплект из черного кружева и шелка. Неожиданная, совершенно новая для нее мысль: “Эдварду оно должно понравиться” сменилась предвкушением: представлять, как именно мужчина отреагирует, было сладко. Надела терракотовый свитер - гулять так гулять!
Собрала на всякий случай запасной комплект одежды и вышла.
В столовой был только император, который поднялся при ее появлении. Крошечная чашечка черного кофе остывала рядом с ним. Еда была не тронута В голубом под цвет глаз свитере и темно-синих джинсах Эдвард был настолько прекрасен, что Эмбер даже немного позавидовала самой себе.
- Эмбер…
Император улыбнулся, и она вдруг поняла, что окончательно решилась: будь что будет. День - так день. Ночь - так ночь. Не такое сокровище ее ледяное сердце, чтобы отказаться от всего того счастья, которые этот изумительный мужчине, нежданно нежный, нежданно ее, готов щедро кинуть к ее ногам.
- Мне почему-то показалось, что ты удрала, - заметил Эдвард, прерывая затянувшееся молчание.
Эмбер рассмеялась.
- И не надейся, - она не торопясь подошла к нему, глядя прямо в пронзительные голубые глаза, положила руки на сильные плечи, встала на цыпочки и поцеловала. А что? Не все же ему искушать и соблазнять. В конце концов империя и то пропагандирует, что и у мужчин, и у женщин - равные права. Эдвард активно поддержал ее в этом убеждении. Но, к сожалению, быстро отстранился.
- Не так быстро, иначе мы никуда не полетим, - хрипло сказал он.
- Так может и не надо?
Он усмехнулся:
- Хочешь избежать полетов любой ценой?
