Мама подает мне телефон, и я тут же бросаю взгляд на монитор.
-Мартин, - с досадой в голосе говорю я.
-Привет, красотка, - говорит он. Хм, что у него с голосом?
-Ты что-то хотел?
-А что я не могу тебе позвонить просто так? Мы же ведь друзья, - говорит он запинаясь, при этом делая акцент на слове «друзья».
-Мартин, сейчас не лучшее…
-Я знаю, что ты в Чикаго, - говорит он. Черт!
-Кто тебе сказал? – сердито спрашиваю я. Мама! Ну, я же просила ее!
-Разве это важно? Кстати, я сейчас стою возле твоего дома. Спускайся, - бормочет он. Господи, только этого мне не хватало.
-Мартин, давай в другой раз.
-Нет, я не уйду, пока ты не спустишься! – строго говорит он, а я хмурюсь.
Что это с ним? На него это так не похоже.
-Я не в настроении…
-Я жду, красотка, - чуть мягче говорит он.
-Ладно, только на пять минут.
Накидываю куртку и спускаюсь вниз. Мартин стоит возле фонарного столба. Как только он видит меня, на его лице тут же появляется широкая улыбка, но в его взгляде что-то не то.
-Господи, да ты пьян! – восклицаю я.
-Ну и что! Ты не рада меня видеть? – говорит он, становясь вплотную, а я делаю шаг назад.
-Что ты хотел? – строго говорю я.
-Этот придурок тебя снова обидел? Поэтому ты приехала в Чикаго?
Закатываю глаза и смотрю на Мартина сердитым взглядом.
-Это тебя не касается, - резко отвечаю я. – И вообще, я улетаю в Нью-Йорк послезавтра.
Он хмыкает и снова становится вплотную.
-Что? Снова побежишь к нему? Как же ты не понимаешь, Эви. Я…я..
-Что не понимаю?
-Я же столько раз говорил тебе, что этот Адам тебя не достоин! А ты все равно верила ему!
-Мартин, замолчи, - говорю я, но этот идиот хватает меня за руки и притягивает к себе. – Что ты делаешь?
-Я сделаю тебя счастливой, Эви. Вот увидишь, - бормочет он, наклоняясь к моим губам. – Только дай мне шанс.
Пытаюсь вырваться, но он держит меня так крепко, что я не могу пошевелиться.
-Отпусти меня сейчас же! – шиплю я, но он меня совсем не слышит.
Его губы впиваются в мои. Я пытаюсь оттолкнуть его, но все мои попытки безуспешны. Чертов идиот, отпусти меня!
Визг автомобильных шин, мимо проносящейся машины, на несколько секунд отвлекает Мартина, и я тут же вырываюсь из его объятий.
-Эви, - бормочет он.
-Не смей подходить ко мне! – выкрикиваю я. – Ты – придурок, Мартин!
-Я люблю тебя, Эви.
-А я тебя не люблю! Я ничего к тебе не чувствую, совсем ничего! Когда ты это поймешь?
Мои слова действуют на него словно ведро ледяной воды. Он быстро моргает, как будто я только что зарядила ему пощечину, хотя мне стоило бы это сделать. Я тяжело дышу, и меня просто распирает от злости.
-Я никогда не делал тебе ничего плохого, - говорит он, слегка запинаясь, - а этот чертов Адам делает тебя только несчастной, но ты все равно бежишь к нему! Что ты в нем нашла? Может, тебя привлекают его деньги? А?
Слова Мартина кажутся мне такими болезненными. Не ожидала услышать от него такое.
-Что ты несешь! Уходи, - тихо говорю я. – Не хочу тебя больше видеть.
-Эви, я же волнуюсь за тебя!
-Уходи сейчас же, - бормочу я.
Бросаю в его сторону сердитый взгляд и скрываюсь за входной дверью. Зайдя в квартиру, сразу же лечу в свою комнату и, закрыв дверь, прислоняюсь к стене. Черт, как же я от этого устала!
-Эви! – говорит мама, дергая за ручку двери. – Все в порядке?
Пытаюсь не пропустить наружу потоки слез и сильно сглатываю.
-Да, - выдыхаю я. – Все нормально.
-Может быть я…
-Я хочу побыть одна, мам.
-Эви, открой, пожалуйста, - говорит он умоляющим голосом.
-Я…я устала, мам, - бормочу я. – Завтра поговорим.
-Эви…
-Спокойной ночи, - шепчу я, направляясь в душ.
Включаю воду и задумчиво стою под горячими струями воды. Голова переполнена разными мыслями, но мне не хочется ни о чем думать. Сушу волосы и с полным безразличием рассматриваю свое отражение в зеркале. Под большими голубыми глазами уже давно красуются темные круги. В кого я превращаюсь?
Укутавшись в свое любимое теплое одеяло, медленно погружаюсь в беспокойный сон. Перед глазами маячат разные образы…Джин, Маркус, Мартин и он… Слегка улыбаюсь, вспомнив о том, что уже послезавтра я буду снова в Нью-Йорке. Осталось подождать только один день….
Весь следующий день я снова пакую чемоданы, которые так яростно разбирала после своего побега из Нью-Йорка. Сегодня я даже чувствую себя лучше. Мое приподнятое настроение вселяет мне надежду на лучшее. За окном уже стемнело, когда я, наконец, заканчиваю свои сборы.
Пытаюсь найти фотографию с ужина у Эддингтонов, но ее нигде нет. Хм, неужели я ее выбросила? Черт, я не могла этого сделать. Выхожу из комнаты и направляюсь в сторону гостиной. Мама и папа смотрят телевизор, но меня резко останавливает знакомая фамилия, о которой говорит репортер. Прислоняюсь к стене и тихо слушаю, что говорят по телевизору.
