— Да. Мы с Лизой ждем тебя и Максима внизу. Для разговора важного.
— Минут через пять спущусь, хорошо?
Мужчина кивнул и отправился в комнату к сыну, чтобы оповестить и его о небольшом мероприятии. Пришлось немного повысить голос, ибо парень отказывался спускаться, ссылаясь на то, что у него сейчас идет подготовка к экзаменам. Но все же пойти против слова отца — сложно, да и невозможно.
Ровно через пять минут Ксения, как и обещала, спустилась в гостиную, перепрыгивая ступеньки лестницы, давая понять другим, что у нее просто прекрасное настроение, несмотря на то, что одета во все черное.
Максим же пришел немного позднее, но сел рядом с Ксюшей, которая даже не шелохнулась, не посмотрела на него, заставляя парня тем самым больше нервничать.
— Итак, дети, мы хотели поговорить с вами, — начал Леонид, — Дело в том, что в нашей семье сложилась не самая простая ситуация, и я даже не знаю, с чего начать…
— Это из-за меня, да? Из-за того, что вы меня удочерили? — спросила Ксения, глядя мимо отца на картину за его спиной. Мысленно она уже была готова услышать, что это все только ошибка, и что она не вписывается в их семью. Значит, он бросит ее снова — ну и пускай, она не будет жалеть!
— Да, — Леонид глубоко вздохнул, — Видишь ли, Ксения, я решил удочерить тебя не просто так. На самом деле я когда-то был знаком с твоей мамой… И, в общем, ты моя дочь, на самом деле. Не только по документам.
— Это я уже знаю, — Ксения теперь перевела взгляд на Максима, тут же отводя обратно к отцу, не желая особо зацикливаться на брате, — Спасибо, что решили рассказать и признаться. Всего каких-то двенадцать лет спустя.
— Я понимаю, что ты расстроена, — снова заговорил Леонид, — Но я долго не знал о том, что ты вообще существуешь. Пойми, так получилось, что мы с твоей мамой разошлись еще до твоего рождения…
Он продолжал объяснять, но Максим уже не слушал. Значит, он сделал все правильно. Ему нравилась Ксения, да, но быть с ней — быть ее парнем! — было бы неправильно. Что же, хоть один хороший поступок он мог себе засчитать.
— Значит, вы изменяли своей жене с моей мамой? Или наоборот? — тем временем зло говорила Ксения, — А теперь я должна быть благодарна, что вы все-таки вытащили меня из детского дома? Знаете, это ведь все равно ничего не вернет!
— А я говорила, что это плохая идея — все ей рассказывать, — заметила Елизавета холодно, — Видишь, девочка требует извинений. Скоро дойдет и до моральной компенсации.
— А ты уж вообще бы молчала! — огрызнулся на жену Леонид.
— Папа! — Максим вскочил на ноги, — Да что же это такое, вы в последние дни живете, как… Сантехник с продавщицей, одни скандалы! В конце концов, сколько можно? Да, ты изменял маме, ладно. Ну, сходите вы к психоаналитику, решите свои вопросы мирно! В конце концов, столько лет прошло!
— Видишь ли, — Леонид сцепил руки в замок и положил их на колени, — У этой истории есть и другая часть. Твоя мама, Максим, тоже мне изменяла. И так получилось, что ты вовсе мне не сын.
— В смысле? — опешил Максим. — Что значит — не сын? А как тогда?..
В голове это просто не укладывалось. Значит, родители даже не любили друг друга или что? У папы была любовница, у мамы, видимо, любовник…
— Этого быть не может! — отрезал он, переводя взгляд с отца на маму и надеясь, что это все шутка. Увы, они оба выглядели убийственно серьезными и вовсе не собирались объявлять это запоздавшим первоапрельским розыгрышем.
— Так получилось, сынок, — развела руками Елизавета.
Ксения в голос рассмеялась.
— Кажется, этим можно объяснить что угодно! — выдала она, — А ты, выходит, ни о чем и не врал, Максим, мы друг другу не родные!
Это Максим уже и сам понимал — с запоздалым сожалением и болью. Если бы он все не испортил, пытаясь оставить себе и Леру, и Ксюшу, то сейчас бы… Да, сейчас он был бы не один в мире, где, кажется, больше не осталось никого, кому можно доверять!
— Не родные, — подтвердила Елизавета устало, — И можете встречаться, как и и делали, кажется…
— Уже давно нет, — качнула головой Ксения.
— Не сложилось, — подтвердил Максим почти равнодушно. Сейчас неудачные отношения с сестрой — или все-таки не сестрой? — ушли на второй план. Неважно было и то, что родители все-таки знали о них, как Максим ни пытался это скрывать, — А вы-то что теперь будете делать?
Родители переглянулись — и парень счел это хорошим знаком. Как бы там ни было, они хотя бы не собирались немедленно все бросать и разъезжаться в разные стороны.
Узнать, что мужчина, который тебя воспитывал все твои восемнадцать лет, не твой родной отец… Максим был готов к чему угодно, но явно не к такому. Из этого складывались очевидные выводы… Ксения — не родная ему сестра вовсе, а значит и отношения между ними возможны, точнее были бы возможными, если бы он сам все не испортил и не солгал.
— Зачем ты ей это все сказал? — спросил у него как-то Денис.
— Чтобы оттолкнуть. Мы родные друг другу. Нам нельзя быть вместе, лучше пусть ненавидит меня, Дэн.
— Но она же тебе нравится?
— Не знаю.
