– Тебе же понравилось, когда мы на пару трахали ту ассистенточку! – Лорен подалась ближе, чтобы мне было слышно. – Он тебе не рассказывал, Тарин? Про нашу любимую тройку?
Райан схватил ее за руку:
– Не смей с ней разговаривать, мать твою так! И не делай из разочка систему!
Лорен хихикнула:
– А, мы теперь гомофобы?
– Мне все равно, чем занимаются люди. Но мне не наплевать, когда вероломные шалавы из кожи вон лезут, чтобы разрушить мои отношения, а их наркоманки-подружки мешают работать. Твоей мелкой соске дьявольски повезло, что я не вышвырнул ее, когда подвернулся случай. А на твои художества посмотрел сквозь пальцы, хотя все во мне кричало не делать этого! Эта ошибка не повторится. Попробуй только дохнуть в сторону Тарин – вам с Николь повезет, если вас примут в какой-нибудь задрищенский театр!
Я была рада, что он задал ей жару, но меньше всего ожидала открыть для себя, что Райан имел опыт секса сразу с двумя. Мне предстояло усвоить, что эта дикая ипостась Райана осталась в прошлом.
Я выглянула из гостиничного окна, любуясь великолепным рассветом над Римом. То был последний пункт в нашем пресс-туре с показом «Тысячи миль», и через несколько часов нам предстояло возвращение в Штаты.
Я ощутила спиной тепло: Райан прижался ко мне. Я прихватила его за руки.
– Не хочу домой.
Он поцеловал меня в шею:
– Мы и не полетим.
– Не полетим? – Я взглянула проверить, не шутит ли.
– Не. Сделаем крюк. У нас три дня.
Это было заманчиво.
– А поточнее можно – или это сюрприз?
Райан самодовольно ухмыльнулся:
– Вроде того, но там имеется пресловутый крутой ресторан в скальной пещере, на который хотела взглянуть моя женщина.
Это было лучше, чем выиграть в лотерею!
– Правда? Ты не дразнишься?
Он дал мне шлепка:
– Я никогда не дразнюсь. Майк и Мэри тоже поедут. Нас будет четверо, но вряд ли мы будем видеть их часто.
Я была так счастлива, что принялась качаться с пятки на носок и аплодировать.
– Еще хороших новостей? – раскачиваясь вместе со мной, продолжал он насмешничать.
– Да! – улыбнулась я шире некуда.
– Мы летим вертолетом в Полиньяно-а-Маре [17].
Я чуть не выпрыгнула из трусов!
– Давай пакуй вещи, потому что вылет через два часа.
Упоенно поцеловав его за этот обалденный сюрприз, я заметалась по номеру, собирая барахло.
Райан сложил выходную рубашку, которую носил накануне.
– Бери только самое нужное и складывай в рюкзак. В кабине мало места для багажа.
Придется мне устроить инвентаризацию. Шмоток было так много, что они вываливались.
– Позвоню Майку – может, машина уже выехала, – сказал Райан.
Я извлекла из рюкзака большой манильский [18]конверт, врученный мне накануне женщиной с пресс-конференции. Мне начинало казаться, что я превращаюсь в портфель Райана Кристенсена. Чего у меня только не было! Квитанции, записки, уйма подписанных документов!
Я сложила все важное в стопку, решив, что лучшего места, чем этот большой конверт, не найти. Увы, не вышло. Я вытряхнула содержимое на постель, чтобы еще раз отсортировать лишнее.
Бумаги, проспекты – мусор, хлам…
Из одной брошюры что-то выпало – журнальная страница, сложенная наподобие крошечного конверта.
Какого черта? Я открыла и ахнула. Руки затряслись.
– Райан?
Он поспешил ко мне, уловив тревогу в моем голосе.
– Что это?
Нечто, похожее на спрессованную детскую присыпку – в большом количестве.
Райан изучил содержимое, затем взял у меня пакетик.
– Что за хрень? Не просыпь.
– Что это такое? – спросила я.
Он осторожно нюхнул и скривился:
– Я не вполне уверен, малышка, но, по-моему, это кокаин.
Я нервно расхаживала по номеру, пока Майк и Райан разбирались с начинкой маленького конверта.
– Думаю, Райан прав, – объявил Майк. – Я совершенно уверен, что это кокаин.
У меня перехватило горло. Это лежало в моем рюкзаке!
Майк сверлил меня пытливым взглядом.
– Где, говоришь, ты это нашла?
Я указала на манильский конверт:
– Там.
Он взял его, заглянул внутрь.
– Что еще там было?
Я перерыла бумаги, отбирая то, что считала исходным содержимым.
Сказать, что Райан был взбешен, значило ничего не сказать.
– Откуда вообще взялся этот конверт?
– Помнишь ту эффектную рыжую особу? В пестрой юбке и с ногами вот отсюда? – Я указала себе на шею. – Это она дала. Пояснила, что для тебя.
Райан вдруг хрястнул кулаком по столу и разродился целым созвездием непечатных восклицаний.
– Надо спустить это в унитаз, – заявил Майк, не слишком обрадованный взрывом Райана. – А потом прошерстим весь багаж. Карманы, конверты – все. Мэри, помогай Тарин. Проверьте все. Я подчеркиваю: абсолютно все!
Мы с Мэри опустошили наши чемоданы.
– Составь список, – приказал Райан. – Подозреваемых полно! Когда я выясню, кто это сделал, – сверну шею и закопаю.
– Мы все трогали конверт, поэтому отпечатки не помогут. Обращаться к властям вряд ли разумно, – заметил Майк и покачал головой. – Гадать можно сколько угодно. Мы ничего не узнаем. Разве что кто-нибудь проболтается или признается.
Райан встал, взял конвертик двумя пальцами и ринулся в туалет. Я слышала, как он несколько раз спустил воду.
Улика исчезла.
