– Полностью согласен с тем, что сейчас сказал мой коллега Александр Василенко, – Смольников произносил слова жестко, будто чеканил. – Но Александр забыл упомянуть телевидение, которое абсолютно равнодушно к «нефтяной» теме. Хотя его хватает на осточертевшие милицейские боевики, и на трансляцию бесчисленных и бесталанных ВИА с их безголосыми солистами, и на пошлые шоу. Этим же страдает и наше пермское телевидение, начисто забывшее о своих земляках-нефтяниках. А я напомню, что наша область занимает четвертое место в стране по уровню добычи нефти. И благодаря нашей пермской нефти машины, танки, самолеты и флот в годы Великой Отечественной войны не испытывали дефицита в керосине, бензине, солярке и машинных маслах. В этой связи мне припомнился один случай, о котором следует рассказать. Как-то я оказался на областном партийном активе, который вел Первый секретарь обкома партии Борис Всеволодович Коноплев. Для очередного выступления на трибуну поднялся буровой мастер Осинского управления буровых работ, Герой Социалистического Труда Азанов Геральд Васильевич. Высокий, молодой, в черном костюме и белой сорочке, с красивым галстуком и Звездой Героя на лацкане пиджака.
– Геральд Васильевич, – обратился к нему Коноплев, хорошо относившийся к нефтяникам, – у вас на груди только Звезда Героя, а где же орден Ленина, который полагается к Звезде? Почему его не носите? Где-то прячете?
– В кармане у меня орден Ленина, Борис Всеволодович. Вместе с остальными правительственными наградами.
– Как? Вы носите награды в кармане? Может, покажете, что там у вас?
Геральд Васильевич без тени смущения запускает свою широченную ладонь в карман брюк и выкладывает на трибуну целую гору орденов и медалей: орден Ленина, орден Октябрьской Революции, орден Дружбы народов, «Знак Почета» и еще десяток медалей. Зал замер. Все знали, что шутить с царем Борисом – так за глаза звали Коноплева – опасно. Но Борис Всеволодович был спокоен.
– Тогда объясните всем нам, Геральд Васильевич, почему вы такие высокие правительственные награды прячете в карманах?
– Объясняю для всех присутствующих, – твердо заявил Азанов, – почему я так поступаю. Я очень ценю и уважаю все награды, которыми меня удостоило наше правительство. Но есть одна самая высокая награда – звание Героя Социалистического Труда. И если Звезда есть на груди, значит, у того, у кого она сияет, есть еще награды! Так обязательно ли их выставлять? Хотя, может быть, я и не прав, извините.
– Не буду комментировать наш разговор. Думаю, он не нуждается в этом. – Борис Всеволодович встал из-за стола президиума, подошел к Азанову и пожал ему руку. А в микрофон сказал, обращаясь к сидевшим в зале: – Нам бы тысячу-другую таких Азановых – мы бы такой крутой социализм построили!
