— Почему давно? — подошел Реос к Люциферу.
— Жизнь превратилась в рутину, нет ничего необычного, даже война стала простой бесконечной обязанностью. Есть цель, достичь которую мы были бы не в силах, как и потерять её, в общем-то. — вздохнул он. — Мне хотелось бросить все эти попытки победить свет и все прочее, но это попросту невозможно.
— Отчего же? Мы вольны делать то, чего желаем.
— Это вы, люди, имеете свободу… У нас нет смысла жизни, у нас, как у народа, нет цели, мы лишены эволюции. Мы сражаемся за то, в чем победить никто не может. Победа, поражение, победа, поражение… Этот круговорот до ужаса тошнотворен, и мы обязаны становится лучше, чтобы не терять позиций. Прогресс есть, но эволюции нет…
— Но ведь каждый может сам выбрать для себя смысл жизни. Существовать ради своих близких, ради родины, ради своего дела. Самое важное — обрести эту цель самостоятельно, а цель власти — поддержать желания своих граждан.
— Людские термины?
— Ну да, мне так проще выразиться.
— Понимаю… — сел на край крыши падший. — Было бы неплохо, если бы мы могли так сделать.
— Мешает Бог?
— Именно он. Мы опустим руки, но ангелы не перестанут атаковать, поскольку мы воплощение всемирного зла. А кто хочет умирать без борьбы? Никто, конечно. Этот седой козел все устроил свои развлечения очень успешно и теперь сидит в своем огромном кресле, потешаясь над нами…
— А его вообще возможно убить? — вдруг спросил Реос, садясь рядом. — Он же всемогущий, да и создатель всех миров…
— Возможно, конечно. Не существует неуязвимых существ. Тогда бы, кстати, Бог не смог оставаться «всевышним». — язвительно произнес он. — Он не может умереть от старости или болезней, но если отрубить ему голову, то вполне.
— Откуда ты об этом знаешь?
— Братья архангелы, стоящие подле Бога, были созданы по его собственному образу и подобию, вплоть до такого аспекта. Я ведь один из них, пусть и сброшенный на самое дно. Как мне этого не знать?
— То есть ты тоже можешь пасть от чьих-то рук?
— Естественно.
— Не говорит ли это о том, что есть шанс на победу?
— Шанс есть всегда, но вот его величина… У него море возможностей, а также сил, но он не сможет в одиночку противостоять всем нам. И для этого у него есть ангелы, которым он дарует благословение, благодаря чему они имеют силу бороться с нами.
— И в качестве издевки он дал им силы равные вашим, только в противоположном стиле?
— Ага, можно сказать и так. Я желал мести, потому сломя голову шел в бой и вел за собой демонов, из-за этого и повелось, что силы тьмы базируются на нападении.
— По велению Всевышнего, ангелы стали максимально эффективно обороняться от вас. И это породило цикличность…
— Теперь ты понимаешь, почему я так схватился за тебя? Никогда раньше человек не был так сильно связан с демонами, а это прибавляет нам сил. Ангелы не умеют бороться с теми, кого они всегда защищали.
— Разве не было никаких сект, поклоняющихся вам?
— Они бесполезны. — сплюнул Люцифер. — Эти придурки занимаются несусветной ерундой… Вместо вызова и изучения заклинаний, они режут живность и их внутренности кладут в центр якобы пентаграммы, нарисованной какой-то фигней. Чего они пытаются этим добиться? Черт их знает…
— Теперь понимаю. На стороне света вера людей, религия. Вы же в ответ получаете силы из тех эмоций, какие сами испытываете по отношению к свету.
— Верно. И это же хреново.
Реос не находил более слов. Что можно сказать в такой ситуации? Как можно оставаться равнодушным, когда миллионы судеб обязаны творить бессмысленные вещи по велению одной единственной личности, находящейся в вечной скуке.
— Ладно! Нечего тебе этим голову морочить. Я надеюсь на тебя, не подведи! — соскочил ни с того, ни с сего Люцифер и схватил Реоса. — Народ! Лови героя Преисподней!
— Да-а-а! — вновь поднялся ор.
Без каких-либо сомнений, Люцифер выбросил парня в толпу демонов, которые начали его подкидывать вверх. Шокированный демонолог не знал, что и делать…
— А также я надеюсь, что ты сможешь подарить мне покой.
— Правитель? — непонимающе спросила Аваритиа, скрывавшаяся все время в тени.
— Я знаю, что он хочет убить меня. И не только меня, но и Бога.
— С чего Вы взяли?
— Это очевидно. Он лишь мальчишка, ему свойственно желать невозможного. Тем не менее, может быть у него и получится. Я постараюсь ему помочь.
— Считая так, Вы готовы проститься с жизнью?
— У меня есть к тебе просьба, Аваритиа. — не поворачиваясь, произнес Люцифер.
Демонесса молча ожидала слов своего предводителя и её угрызала совесть, ведь она уже давно согласна следовать за демонологом, буквально предавая падшего.
— Ты как старшая и самая мудрая среди грехов, прошу, проследи за своими братьями и сестрами. Не давай их в обиду, также, как и Реоса. Я знаю, ты сможешь сделать все, чего только пожелаешь, если сама этого захочешь. Я могу довериться только тебе.
— Хорошо… — хриплым голосом произнесла Аваритиа.
По её щеке потекла одинокая слеза. Ей стало бесконечно грустно от этих слов. Люцифер предугадал обо всем, потому и просил её о заботе. Он знал, что грехи не пропадут, покуда есть люди, как и Четыре Всадника Апокалипсиса.
