Разговор с Лукасом на этом закончился. Лари дали возможность понежиться в просторной керамической ванной, которую сам Лари и выбирал когда-то. Стенли разрешил взять все его множество тюбиков и баночек. Отдал новую пижаму, все еще упакованную. Не такую, как у него, с мишками, а более взрослую. Лари, хорошо вымыл волосы, натер кожу кремами и маслами. Нашел даже крем для лица, котором пользовался и сам. Надел шелковую пижаму, закутался в теплый халат и полчаса просто так просидел на бортике ванной, не решаясь выйти наружу.
Стенли просил грязную одежду оставить здесь же, но Лари забрал ее с собой. Проскочил в гостевую комнату и лег на кровать, под самый мягкий плед. Утонув во всех этих перинах.
Лари спал в той самой маленькой комнатке, где они так полюбили с Лукасом заниматься любовью когда-то. Ночь казалась какой-то неестественной. Он сильно устал за день, но заснуть не удавалось долго. Все казалось неестественным. Слишком уютным. Кровать большой, простыни мягкими, пижама слишком шелковой.
Иногда до него доносились голоса Стенли и Лукаса, что-то обсуждающие в своей комнате. Как будто непонятно что — его.
Но и они вскоре затихли. Лари тоже задремал, но быстро пришел в себя, когда дверь отворилась. Лари насторожился. Животных он, кажется, в доме не заметил.
Лари включил ночник. Лампочка была совсем слабой, но осветила маленькую фигурку. Дани стоял перед ним в зеленой пижаме со спутанными волосами.
Лари заставил себя выдавить из горла хоть какой-то звук.
— Ты чего не спишь? — спросил он как можно мягче.
Даниэль подобрался ближе, к самой кровати.
— А ты вправду мой папа?
— Папа. — Уже в который раз подтвердил Лари.
Даниэль залез на кровать, заставив Лари немного подвинуться. Но тот был рад. Его ребенок рядом с ним. Сам пришел.
— Ты злой? — спросил Даниэль, оборвав счастливые мысли.
Лари уже смелее, чем несколько часов назад, протянул к нему руки. Но снова почувствовал, как маленькое тельце напряглось под его ладонями.
— Нет, зачем мне быть злым? — Лари попытался улыбнуться.
— Папа с отцом недавно разговаривали про тебя и сказали, что ты в тюрьме был. — Выпалил Даниэль. — А я знаю, там плохие живут. Кто плохое сделал. Кто убил человека или деньги украл. Ты убил, да?
— Нет, Дани. — Лари испуганно мотнул головой. — Я…
Что сказать не знал.
— Дани, я не убивал и не крал. Просто я плохо себя вел.
— Меня иногда папа в угол ставил.
— Вот и со мной так же, только я уже взрослый.
Дани замолчал, посчитав, что все логично. Позволил Лари еще ближе подобраться к нему и даже немного приобнять.
— А ты меня не украдешь? — последовал новый вопрос. — Папа боялся, что ты меня увезешь от них, а отец сказал, что не отдаст.
— Не украду. — Пообещал Лари. — А хочешь ко мне в гости? — спросил он. — Не навсегда, а просто в гости. У тебя еще дедушка есть — мой отец.
Дани заинтересовался.
— Ты когда был малышом, мы с отцом возили тебя к дедушке. Он тебя любил.
— У папы надо спроситься.
— Спросимся.
Даниэль заерзал, выскальзывая из рук Лари.
— А папа где тогда был? — спросил он. — Ты тогда вместо него был.
— Был, но… — Лари вцепился в Даниэля, — я и сейчас есть. И я тоже хочу быть твоим папой, как и Стенли.
— Получается, он тебя выгнал. — Расстроено протянул Дани.
Лари не стал ничего отвечать. Даниэль подобрался к нему и свернулся в комочек, прижавшись к боку Лари. Ребенок был таким тепленьким и мягким, он медленно дышал и перебирал руками под одеялом.
— Я у них спрошусь в гости. Это не навсегда? — снова заговорил Даниэль.
— Нет.
— А ты точно хороший?
— Да.
— Тогда отпустят. Они добрые.
Ночью Даниэль заснул с ним. Рано утром мальчик разбудил его, когда пытался выбраться из кровати.
— Мне надо пописать. — Сообщил Даниэль. — Отец не разрешает мне спать с ними. А с тобой они мне разрешат. — Сонно тянул слова Дани.
— Я тебе разрешаю. — Отозвался Лари.
— Я пойду в свою комнату, а то отец опять наругается.
Дани убежал, а Лари опять заснул, еще сильнее закутываясь в кокон из одеяла и пледа.
Утром Лари проснулся по привычке рано, но они уже не спали. Около кровати лежала его, аккуратно сложенная, одежда. Лари поднялся, прислушиваясь к происходящему в квартире. Сквозь приоткрытую дверь до него доносились голоса Лукаса и Стенли.
Лари медленно прошел в сторону просторной кухни. Встал в проходе. Они замолчали.
Стенли весь раскрасневшийся стоял около открытого окна и смотрел вниз. Лукас курил прямо в квартире. Оба уставились на Лари.
— Завтракать будешь? — спросил первым Лукас.
— Нет. Где Дани?
— Спит еще. — Дрожащим голосом ответил от окна Стенли.
Лари смотрел только на Лукаса.
— Отдай мне его. На несколько дней хотя бы. — Попросил он, помня ночной разговор с Дани.
— Нет.
Лари глубоко вздохнул, стараясь не сорваться на элементарную истерику.
— Почему?
— Я этого не хочу. У тебя ничего нет, ни денег, ни работы, ни жилья. Куда ты его денешь?
— Я к отцу поеду.
Стенли наконец-то зашевелился и оторвался от окна, повернувшись в сторону Лари. Глаза были на грани мокрых слез и губы совершенно по-детски дрожали.
— Это же далеко. — Тихо прошептал он.