— Три часа езды всего лишь. — Отозвался Лари, еще стараясь вести нормальный диалог. — Я же не отбираю его навсегда у вас. — Взгляд уже был готов стать умоляющим. Лишь бы разрешили.
Лукас продолжил курить, так ничего и не сказав. Стенли смотрел на Лари, отчего было немного не по себе.
— Оставь его нам. — Прошептал одними губами Стенли. — Пожалуйста. Ты же без него жил, ты же сможешь жить…без него. Роди себе еще одного.
— Стенли… — без особой охоты прервал его Лукас.
Лари повел головой. Такого он точно не ожидал. Этих просящих интонаций, которые требуют неизвестно что сделать. Он все эти годы только о Дани и мечтал. Лари казалось, что он медленно начинает ненавидеть этого Стенли.
— Ты идиот? — спросил он сквозь сжатые губы.
— Лари. — Теперь Лукас предостерегал его.
— А что Лари? Заткни лучше свою шваль. А еще лучше заделай ему ребенка, чтобы он от моего отстал.
Лари видел, как Стенли вздрогнул. Хотелось подойти ближе и хорошо вмазать тому по лицу. Вместо этого рядом с ним оказался Лукас. Лари вжался в стену.
— Мы не можем. — Снова донесся тихий голос.
Лари отвлекся от нависающего над ним грозного Лукаса и повернул голову в сторону Стенли. По щекам того уже текли настоящие слезы.
— Что не можете? — почти спокойно спросил Лари.
— Ребенка…
Лари хохотнул, отлепляясь от стены, но тут же чуть не прижимаясь к Лукасу, который, кажется, следил за каждым его движением. Лари посмотрел тому в грозные глаза.
— А ты попробуй его трахнуть хорошенько, как меня когда-то, может и выйдет.
Это было перегибом. Стенли всхлипнул так жалостливо, что Лари сам чуть не растрогался. Омега пронесся мимо них. Лари ухмыльнулся. Один с поля боя ушел.
Лукас все еще стоял рядом.
— Что на тебя нашло? — спросил он.
— А ты подумай.
Лукас думать, как оказалось, не хотел. У Лари перед глазами что-то резко мелькнуло, а потом он почувствовал, как его щека загорелась огнем. Да и его самого немного качнуло в сторону от этого удара. Он даже моментально потрогал щеку рукой, но крови не было. Просто было сильно больно.
Лукас остался почти довольным.
— Убирайся из моего дома. — Приказал он Лари и пошел вслед за Стенли.
***
Банкомат выдал Лари пачку денег. Половина его трудов за швейной машиной. Денег было больше чем достаточно. Пока что.
Прямо на автовокзале он купил простой телефон и тут же попытался дозвониться до отца. Трубку никто не брал. Лари это в конец выбило из колей. Захотелось просто куда-нибудь лечь и не вставать, но ложиться было негде.
До автобуса еще оставалась пара часов. От Лукаса он ушел рано, почти сразу после ссоры, всего несколько минут проведя с Дани. Стенли продолжал ходить с красными глазами, Лукас все время следил за Лари, как будто боялся оставлять его без присмотра.
Лари еще раз набрал номер отца, но трубку так и не брали. Великой беды в этом не было. Он предупреждал, что может приехать где-то в этом месяце. Этого достаточно.
Лари опустил мобильный в карман и побрел на стоянку автобусов. Выискивать свой.
Дома так ничто и не изменилось. Во дворе так уж точно. Сам дом был заперт, а отца нигде не было. Клумбы с грядками остались прежними. Уже вскопанными, но еще не засаженными. Лари даже улыбнулся, понял, кому, скорее всего, скоро придется их пропалывать.
Все вернулось на прежние места. И он тоже.
Лари вернулся на крыльцо и присел на ступеньки, скрываясь от взглядов со стороны улицы. Отец мог найти себе подработку, мог уйти к кому-то в гости. Мог прийти только ближе к ночи. Лари решил ждать.
Но он уже так устал за этот день. Уже хотелось простого уюта. И есть. За углом стоял небольшой ларек, но вылезать из укрытия не хотелось. Не хотелось слушать сплетни за спиной. Хотя, скоро и так придется. Хотя бы оттянуть этот момент.
Все равно он здесь надолго не задержится. Даст Лукасу поостыть несколько дней и снова попробует забрать Даниэля. Но не силой. Потому что мальчик называет Стенли папой, а его всего лишь по имени.
Не отдирать же вправду от родных людей.
Лари его в гости возьмет. Хотя бы на несколько дней. Даст привыкнуть к себе.
Калитка скрипнула. Лари приподнял голову и немного высунулся из-за перил. Вздохнул спокойней, когда узнал отца. В нормальном вроде состоянии, не пьяный. Почему-то Лари боялся именно этого — пьянок, как раньше.
И тут же снова испугался. Таким детским страхом, который испытывает нашкодивший ребенок.
— Отец, — Лари привстал.
Тот только смерил его взглядом.
— Приехал.
— Ага. — Лари посторонился, чтобы подпустить отца к двери. Роберт привстал на цыпочки и из-под настила крыши над крыльцом достал ключ. Отпер дверь.
— Надолго? — спросил он холодно у Лари.
— Не знаю. — Лари несмело прошел в знакомый дом. На кухню, где до сих пор висел кривой портрет папы.
— Один?
— Да. — Лари немного не понимал.
— А ребенок? Бросил?
Отец остановился посреди кухни, опираясь об обеденный стол и теперь строгим взглядом сверлил Лари. Стало даже немного стыдно за свою внешность, так похожую на внешность оборванца. Получалось, каким уехал отсюда, таким и приехал. Хотя не таким. Еще хуже.
— Я потом его заберу.