В ответ он одарил меня снисходительной улыбкой. И спокойным тоном сообщил:
— Милая, моя девочка, не говори глупостей, у тебя все равно нет выбора, драконы теперь тебя точно никогда не примут и скорее всего за связь со мной и побег, просто казнят.
— Я могла бы жить просто среди людей, — уже не на что, не надеясь, прошептала Стерку.
Он закатил глаза, и опять улыбнулся, словно глупому ребенку, на его неразумные слова.
— Анна, этот разговор не имеет смысла. Я для тебя наилучший выход из ситуации, к тому же у нас скоро будет ребенок, и уж от своего сына я ни за что не откажусь, — на последней фразе я услышала в его голосе металлические нотки, тем самым он дал мне понять, что разговор закончен, — сейчас я обернусь, и помогу тебе на меня залезть, потерпи не много, боль завтра пройдет, но здесь оставаться у нас нет возможности, я же вижу, как ты замерзла, мне бы не хотелось подвергать моего ребенка опасности.
Он говорил о том, что ребенок существует с такой уверенностью, что я поняла, он не врет. И у меня действительно будет дитя. От осознания этого факта в груди, что-то оборвалось. Наверное, где-то на задворках моего разума, я все еще надеялась когда-нибудь встретиться со своим белым драконом, но теперь, когда у меня будет ребенок, да еще и от каракса… Можно было навсегда похоронить свои мечты об этом. Что же я надела, как же я могла так глупо попасться?
Стерк обратился, и своим длинным хвостом обхватив меня за талию, перетащил себе на спину.
«Держись крепче» — услышала я его голос в своей голове.
«Ты читаешь мои мысли?»
«Не совсем, эмоции, и могу разговаривать с тобой мысленно».
Когда мы взлетели, я посмотрела на туман внизу, который странным образом манил меня к себе.
«Анна! Не вздумай делать глупости, я все равно тебя поймаю, и тебе всю дорогу придется болтаться в моих лапах, а учитывая твое состояние, не думаю, что тебе понравятся эти ощущения».
Немного удивилась его словам. Он, что решила, что я способна умереть? Нет, туман манил меня по-другому, я не понимала как, но разобраться в этом пока было сложно. Я притихла, и прижалась к его спине, держась за роговые отростки и борясь с болезненными ощущениями. Думать сейчас о том, что я попала в эту ужасную ситуацию, совершенно не хотелось, винить себя в чем то, тоже. Я ведь даже предположить не могла, о том, что караксы разумные существа. Неужели даже мама не знала об этом? Хотя откуда? Ей было двадцать лет всего, когда драконы покинули измерение караксов. А как сказал Стерк, драконы завоевали караксов пять тысяч оборотов вокруг их звезды назад, и это же получается почти пятнадцать тысяч лет.
В итоге я и не заметила, как уснула.
Очнулась я в своей спальне. Моя ночная сорочка вся была в крови. А боль так и никуда не делась.
Встав с огромным трудом, превозмогая боль и стирая слезы, льющиеся из глаз, сняла сорочку, и бросила ее в камин в гостиной. Дошла до ванной комнаты, и аккуратно смачивая полотенце, вытерла свои ноги от крови. Только после этого вернулась в кровать и забылась тревожным тяжелым сном.
Всю следующую неделю я проболела, долго стоять не могла, постоянно кружилась голова, и боль в животе не исчезала, по ночам становилось хуже и кровотечение не прекращалось. Днем меня навещали дочери графини, они оказались довольно милыми девочками. Искренне сочувствовали мне. Они решили, что я болею из-за женских дней, я не стала их переубеждать. От Наны я узнала, что у людей ежемесячно идет кровь. У дракониц такого не было. Девочки приносили мне альбомы и карандаши и мы вместе рисовали. Даже баронессы заглядывали, и пару раз за неделю зашла графиня.
Наверное, я все же еще не до конца осознала весь ужас своей ситуации, и думала о том, что как только мне станет легче, я найду выход из замка и уйду от Стерка. О том, что со мной сделал против моей воли граф, старалась думать как можно меньше. Винить в том, что случилось, можно было только себя, у меня была возможность уйти от графа, тогда еще в лесу, но я ее не использовала. Теперь это будет сделать в разы сложнее, но я все еще надеялась на дам. Можно было как-то уехать с помощью них. Они же не вечно собираются тут жить? Старалась выспрашивать их осторожно, надолго ли они еще останутся, даже уже кидала намеки о том, что, скорее всего, могла бы поехать с ними. Девочки пожимали плечами и смотрели на меня недоуменно и говорили, что, скорее всего это надо к матушке обращаться. Я ведь и не поняла, в чем проблема, почему они так удивляются моей просьбе.
На третий день, я уже откровенно решила заговорить с графиней, так как она решила меня навестить.
— Ваше сиятельство, подскажите, пожалуйста, мне девочки говорили, что на днях собирались уезжать, быть может, я могла бы поехать вместе с вами? — начала я разговор с посетившей меня женщиной. Конечно же после того как мы обговорили детали ее гардероба и я нарисовала ей эскиз.
Эмоции женщины, мне мягко говоря, не понравились. Она вдруг как-то растерялась, сначала, но потом словно что-то поняла и, взяв себя в руки начала странную речь.
