Кристиан продолжал бой, держа меч в левой руке. Рапира так и торчала из его кровоточащего плеча. Несколько резких выпадов. Пауза. Демоны то приближались друг к другу, то нападали на золотого эльфа с разных сторон, будто бы выискивая слабые места в его защите. В очередной раз, когда они стояли рядом друг с другом, Кристиан внезапно начал атаковать, прижимая темных все ближе к стенке купола. Ему удалось выбить трезубец у одного из демонов, но другой смог отвлечь внимание Кристиана на себя. Потерявший, было, свою защиту вновь вступил в бой.
Теперь нападали демоны, причем метились они исключительно в правое предплечье эльфа, туда, откуда торчала черная рукоятка рапиры их приятеля. Удар, еще. Все больше и больше царапин оставалось на обнаженной коже Кристиана.
— Почему он не надел доспехи?! — на непроизвольный возглас Зоуи повернулось сразу несколько золотых эльфов.
— Эльфы — дети природы. И удобнее всего нам двигаться и воевать именно в том виде, в каком нас создала природа-матушка, — Геодир с гордостью глядел на сражающегося с представителями преисподнии сына.
Кристиан напоминал бушующее пламя — он так же неистово двигался, также озарял пространство вокруг себя ярким светом и затмевал тьму, неотрывно следующую за двумя демонами. Внезапно один из них упал, насквозь проткнутый эльфийским клинком Кристиана. Другому удалось оттеснить безоружного золотого от тени его собрата к стене купола.
Линда судорожно вдохнула.
Одним резким движением Кристиан вырвал рапиру из собственного плеча и направил ее в сторону последнего демона. Началась яростная битва.
Ни один не хотел уступать. Ни один не сдавался. Свет и тьма, эльф и демон встретились и решили выяснить отношения на знакомом им языке оружия. Выпад. Другой. Эльф замер. Демон упал. Он стал пеплом.
Купол спал, и Линда побежала к раненому, но вполне себе живому Кристиану.
Линда и Кристиан сидели на самой вершине горы, выше золотого города и облаков. Она гладила его плечи и спину, мощные руки и рельефные изгибы торса. Он пальцами вытирал ее слезы и ласкал припухшие от поцелуев губы.
— Я запомню тебя такой — молодой и красивой. Я всегда буду думать о тебе и любить тебя.
Линда ничего не ответила. Геодир дал им время до заката, и оно почти истекло.
Она боялась говорить, боялась что-то обещать. Насильственным образом у нее вырывали воспоминания о Кристиане и о ее любви к нему. Линда не могла представить себе то, что случится с наступлением сумерек. Она не могла представить жизнь без Кристиана и Альфаира.
Но страдала не одна Линда. Зоуи не меньше нее сожалела о принятом Геодиром решении, ведь золотой эльф возжелал забрать память не только у Линды, но и у всех ребят. В комнате Кристиана Зоуи и Дейв лихорадочно срывали одежду друг с друга и неистово целовались.
— Это не должно произойти так, — Дейв подался назад. — Я хочу любить тебя медленно.
Зоуи не могла расстегнуть сложные эльфийские замки на рубахе Дейва. Не выдержав, девушка рванула ее края с такой силой, что они разлетелись в разные стороны.
— Здесь и сейчас, Робертсон! Ты сделаешь то, что я представляла каждую ночь с начала нашего путешествия, когда думала о тебе.
Дейв действительно хотел остановиться, но противиться чарам распаленной блондинки был не в силах.
— Они заставят тебя забыть это.
— Есть вещи, забыть которые просто не возможно, Дейв! — девушка впервые назвала его по имени.
Зоуи справилась с одеждой парня и, стремительно стягивая свое задранное платье, а после с превеликим счастьем и невероятным удовольствием сделала то, чего прежде до смерти боялась. Часом позже девушка услышала прощальную песню соловья и обнаженная подошла к распахнутому окну. Дейв прижался к ее изящной спине и лицом зарылся в белоснежные волосы.
Радужная вспышка пронеслась ровно в тот момент, когда Зоуи распахнула свои небесно-голубые глаза и услышала звон будильника. Всего мгновение она помнила. А потом забыла, и, сморгнув остатки волшебного сна, начала собираться в школу.
Линда всю дорогу молчала и задумчиво глядела в окно.
— Звонок через пять минут, мисс Смузи. Поторопитесь.
Она отрешённо кивнула и вышла из машины. Последние две недели, прошедшие после аварии, девушка провела в больнице, однако, Линда с трудом могла что-то о ней вспомнить. Мысли, словно, ускользали и развеивались, как серый неясный дым. Вероятно, все еще сказываются последствия травмы головы, о которой ей упорно твердил врач.
На парковке ничего не изменилось. Линда подошла к альфа-девочкам и стала вникать в неглубокий смысл их оживленной беседы. Сегодня обсуждали новенькую. Кети.
