Пока Мисс Харрис сверлила меня взглядом недоверчиво оглядывая кабинет, я проскользнула мимо нее прежде, чем она начнет задавать вопросы. Я смогла пройти мимо него не обратив на него внимания, у меня получилось создать образ незнакомки. Мне всегда это удавалось, но впервые мне предстояло сделать это перед Хадсоном.
Я упорно шла и смотрела на стену в конце коридора, постепенно увеличивая скорость я зашла в женский туалет. Избегая своего отражения, я захожу в первую свободную кабинку и делаю глубокий вдох.
Я умею держать образ, умею скрывать от людей свои самые сокровенные раны, умею создавать иллюзию эмоций. Я могу себя показать с лучшей стороны, создавая вид идеальной подруги, никто не любит таких, какой на самом деле я являюсь, замкнутой, разбитой и апатичной девочкой. Я слушаю, но ничего не говорю, я улыбаюсь, но не искренне. Я забыла как это делать после…
Я скучаю по отцу.
Он был всегда со мной, хоть я его и отталкивала, отец любил меня такую, какая я есть, без притворства и прочего. Я слишком поздно это поняла, я загубила его тем, что меня не было рядом в трудные периоды его жизни. Я просто убегала от проблем не думая о тех, кому на меня не плевать. Но вместе с этим в груди болезненно отдавалось еще одно понимание — так как он, меня больше никто не полюбит.
Папа был рядом в то время, как моя мама даже не захотела меня увидеть, посмотреть как я расту. Я не была у него на могиле слишком давно и мне страшно, что все те стены, которые я построила вокруг себя рухнут в ту же секунду. Мне страшно быть уязвимой и беспомощной, я никогда не буду нуждаться в ком-то.
Я всегда буду для людей только воспоминанием, буду лишь грустным опытом и забытым прошлым. Я никогда не буду чьим-то светом для будущего, не буду той, которая поднимет на ноги. Буду той, которой можно поплакаться о бывшей, которая выслушает и даст душе облегчение.
Я сама выбрала этот путь, я не позволю больше никому погибнуть от любви ко мне.
Энни пыталась убедить меня вновь пойти на вечеринку в братстве, за все это время мы были тут лишь один раз, и то заскочили, чтобы я отдала ключи от комнаты Кейси. Но этого хватило, чтобы прекрасно понять одну вещь — Винтер будет там.
Пока я делаю все возможное, чтобы мы не пересекались, как бы мне не было сложно не смотреть на него, я делаю это ради себя.
Я для него умерла? Хорошо, я буду призраком в его жизни.
— Очень зря, я надеялась, что мы будем крутыми.
— Для тебя крутость это общение с главными алкоголиками университета? — Нахмурилась я.
Энни стояла ко мне спиной разглаживая свое платье, но даже так я чувствовала, что она закатила глаза. Я сказала ей, что лучше подготовлюсь к занятиям, так как многое мне предстоит догнать из-за своего отсутствия в начале года. Если смотреть с другой стороны, то я ей не соврала, ведь так и есть.
— Ладно, зубри со своими учебниками, а я буду отрываться. — Энни произнесла это с задроством и ушла в ванную, чтобы переодеться и поправить макияж, я не видела ее полного образа, она просила не смотреть на процесс, ведь тогда результат не будет таким эффектным. — Кто знает, может я перепаду какому нибудь крутому парню и стану самой крутой. — Шутливый голос доносился из угла комнаты, теперь моя очередь закатывать глаза.
Влиться в местную элиту — мечта детства Энни, ей всегда хотелось тусить и иметь друзей здесь, хотела быть в центре внимания. Она яркая для того, чтобы оставаться в тени, но слишком воспитанная и скромная, чтобы сиять в объятьях разных парней, поэтому крутится между этими двумя мирами.
Идеальная середина, вот как я смогла бы описать данную девчонку в двух словах. Я бы хотела смотреть на мир так, как она. Не знаю, будет ли продолжаться наше общение после выпуска, но пока мы учимся, я бы не хотела ее терять.
Я бы не сказала, что нуждаюсь в людях и мне необходимо ощущать их рядом, но будет намного лучше, если у меня будет человек, с которым мне хорошо. За две недели я узнала об Энни многое, чтобы понять ее как личность — она была средним ребенком в обеспеченной семье, ее никогда не замечали, весь акцент внимания родителей был лишь на старшей и младшей сестре, поэтому ей хочется выделиться в обществе, чтобы закрыть гештальт.
Я верю, что она сможет отпустить это, ведь она выглядит буквально как единорог среди лошадей, ее яркие рыжие кудряшки как у овечки очень трудно пропустить мимо глаз. Ей не нравится носить аксессуары, которые отлично подчеркивают и дополняют образы.
Энни выделялась не только внешне, ее карие глаза всегда сверкали искорками. Я почти никогда не видела ее грустной, она всегда улыбалась, улыбалась искренне, возможно мы похожи тем, что не хотим показывать и излучать негатив, но причины у нас явно разные.
— Ну что, как я тебе? — Энни вышла из ванны и покрутилась передо мной.
— Ты что… ты прекрасна.