Только любовь может совершить настоящее чудо. Даже в самые тяжелые, жестокие времена она дарит людям надежду. Даже тогда, когда мир вокруг погружен во тьму и хаос, она расцвечивает его яркими красками, делая жизнь прекрасной.«Любовь и чума» Мануэля Гонзалеса — самый трогательный роман о любви, для которой нет преград. Его можно сравнить с «Ромео и Джульеттой» Шекспира и «Любовью во время чумы» Габриэля Гарсиа Маркеса. Но мир, описанный Гонзалесом, гораздо более жесток и трагичен...Византия. XII век. Император Мануил хочет завоевать Венецию. Для этого он намерен заразить молодых венецианских посланников чумой, а потом отпустить их домой. И когда в Венеции разразится эпидемия, город можно будет взять голыми руками.Император еще не знает, что один из посланников, Валериано, любит ту же женщину, что и он, Мануил. А значит, заразив венецианца, он неминуемо подвергнет опасности свою любимую, Джиованну ди Понте...
Мануэль Гонзалес
Любовь и чума
Аннотация
Мануэль Гонзалес
Любовь и чума
I. Два посланника
В один из июльских дней 1171 года Константинополь, этот волшебный край любви, роскоши и неги, был весь озарен блеском полуденного солнца. Величественные здания, ярко-красные павильоны и мраморные бассейны, рельефно выделяющиеся среди изумрудной зелени сикоморов и мирт, образовывали чудесную панораму. Город принял с раннего утра самый праздничный вид.
Мануил Комнин, бесстрашный и умный император Византии, пожелал встретить пышным и торжественным празднеством приезд новых посланников, отправленных к нему Венецианской республикой. Балконы были убраны фиолетовым, алым и ярко-синим бархатом и живыми цветами, а церковные купола с их яркой позолотой придавали картине еще больше блеска. Массы народа — греков, мусульман и евреев — шли густыми толпами по тесным переулкам и извилистым улицам. Молодежь между тем успела захватить места близ ипподрома, где развевался флаг, возвещавший публике, что здесь можно увидеть конские бега и другие заманчивые зрелища. Не сумевшие пробраться за ограду наводнили просторные крытые галереи базара Феодосия, выстроенного торговцами. Другие, пройдя через «Ворота грешников», разместились вдоль берега Серайского залива и на тенистых террасах, спускавшихся уступами до светлых вод Босфора.
Виду зрителей на этих террасах предстала греческая флотилия, которая совершала весьма искусные маневры, изображая морское сражение под личным руководством своего адмирала. Толпа любовалась картиной проворно перебрасываемых с корабля на корабль металлических шаров с начинкой из нефти и продукта, похожего на известь. Последний собирается в значительном количестве на берегах Босфора и является важным компонентом состава для разрушительных огнестрельных орудий, известного под названием греческого огня.
Только моряки венецианской флотилии, стоявшей возле цепи, заграждающей вход в залив, казалось, не придавали никакого значения происходящему на море и смотрели, бесстрастно растянувшись на палубах, на инсценировку сражения, задаваясь простым и логичным вопросом: зачем было ломать эту бесполезную комедию?
Морское представление было также оставлено без всякого внимания и другими гостями праздника — пожилыми мужчинами и женщинами всех возрастов. Они сосредоточились всецело на убранстве балконов и домов, на ярких драпировках, на блестящих костюмах византийских вельмож и изливались в шумных восклицаниях восторга по поводу великолепия, которым отличался в этот памятный день Бланкервальский дворец, служивший резиденцией семейству императора.
